Повелитель

 – Писателю обязательно нужно заниматься чем-то кроме литературы. Чтобы постоянно шла какая-то подпитка от жизни. Взять, к примеру, классиков: многие служили, работали врачами, юристами, организовывали журналы. Все это дает новые энергии, новые ситуации, идет вербальное обогащение, в конце концов, потому что наш язык меняется практически каждый день. Оторвавшись от жизни и погрузившись в книги, рискуешь заговорить как купец начала века в кабаке: «Эй, любезнейший!» Но вернемся к нашей теме. Итак, отчего человек может начать писать стихи?

– Я думаю, от любви! – уверенно начала Ася.

 – Я в старших классах была влюблена в Маяковского и читала его, читала все время. Я ненавидела Лилю Брик!

– Так ты писать от ненависти начала? – поинтересовался Леша Кизиков, типичный отличник, подававший при поступлении большие надежды. Внешность у него была самая что ни на есть обыкновенная, и даже редкие коровьевские усики не раздражали – все в его лице будто сливалось в одно целое, от чего отдельные черты становились неприметными.

Надя считала, что он совсем не похож на поэта. На обсуждении Леша мог часами говорить о стихах других, что же до его творений – они были на первый взгляд довольно хороши, пожалуй, даже слишком. Слишком ровные, правильные, выверенные, к четвертому курсу стихи Кизикова стали напоминать работы прилежного семинариста, исправно выполняющего задания по стихосложению на заданную тему. На последнем Лешином обсуждении в этом году Сергей Валентинович сказал, что его стихи словно пазлы – вроде бы все сложено и даже красиво, но стоит поднять – все рассыпается.

– Леша, не тупи, – Ася приподняла левое плечо. – От ненависти можно только позеленеть. Сам-то отчего начал писать?

– Да я тоже в школе. Девочкам хотел нравиться… – Кизиков широко, по-детски улыбнулся.

– Помогло?

– Неа. Но стихи писать не перестал.

– А я тоже считаю, что от любви, – тихо сказала Марина. – Стихи приходят так же, как и любовь, их можно написать лишь сердцем. То есть можно, конечно, и умом, но такая версификация – лишь подделка настоящей, подлинной поэзии.

И это заметно.

Просто иногда любви становится так много, что она не помещается внутри человека, а стихи – это возможность сказать о ней, излить себя на бумагу. Это как постижение мира через слово, когда испытываешь самую суть жизни и все границы бытия. Слова проступают сквозь тебя, как цветы сквозь землю…

– А я даже не знаю, должно ли обязательно что-то случаться, – задумчиво произнесла Надя.