Наперекор и вопреки

Она сжимается в моих руках и нервно сглатывает.

– Понятия не имею! Предупреждаю сразу, я не хочу завтра, никуда идти! И не спорь! – отвечает мне, а саму аж трясёт.

Девочка моя, тебе сейчас нельзя нервничать. Я обнимаю крепче и целую в висок.

– Перестань трепать себе нервы! Все хорошо! Как скажешь, так и будет! – шепчу ей.

Она немного расслабляется, но неожиданно выдаёт.

– Зачем он прилетел? Что они хотят от меня? Я тебя люблю, слышишь! Марк ты слышишь, я люблю тебя и только тебя! – говорит она быстро и смотрит в глаза, своими глазами, в которых скопилась влага.

Убью! Всех, кто обидит её! Этот её взгляд, душа переворачивается. Она стоит в моих объятиях, такая нежная, ранимая и беззащитная.

– Успокойся! Я рядом! Я тоже люблю тебя! И никому не позволю нам мешать! – улыбаюсь и вижу, как в ответ, её губы медленно пытаются улыбнуться.

А самого внутри аж выжигает. Что за твари! Ведь сестра родная, а плетет интригу. Дима этот ещё, черт бы его побрал. Нахрена припёрся. Может он ещё не в курсе, что мы ждём малыша!

Катя идёт накрывать на стол.

Мой взгляд цепляется за её телефон, лежащий на столе, рядом с диваном. Пароли никогда не ставили, друг от друга, поэтому легко нахожу то, что искал и отправляю себе на телефон, попутно стирая из чата.

Теперь номер Анны у меня есть. Мы ужинаем, разговаривая о новом доме. Выборе мебели и шторах. Конечно, внутреннее убранство мы уже выбрали, и оно там будет к моменту переезда, мы оговариваем детали будущей детской комнаты.

– Кстати, я сегодня заезжал, смотрел, – говорю Катюхе, – получается, довольно уютно.

– Как? Почему ты меня не взял? – охает она, – Я сгораю уже от любопытства.

– Через неделю увидишь, все сама! Они уже заканчивают. Осталось расставить мебель и подключить бытовую технику. И наш дом готов! – торжествующе, произнёс я. Как мне нравится смотреть на неё, когда её глаза сияют, а она улыбается. Радуется как ребенок, всему. Но в подсознании всплывает, что есть моменты, когда она плачет и переживает. И это воздействие, одной особы, которой я хочу позвонить, после ужина.

Пока Катя убирает на кухне, я выхожу на балкон, покурить. Набираю Анну Селезневу.

– Алло, – отвечает она.

– Зачем ты мотаешь ей нервы? – рычу в ответ, щелкая зажигалкой.

– А, это ты! Я ни в чем, не виновата! Она сама нервничает. Может ты, её причина, нервов и переживаний!

– Закрой рот и слушай! Я не позволю навредить ей, и здоровью нашего ребёнка! Ни ты, ни кто другой, не имеют права обижать её.