Сквозь туман времени

Здесь под запретом оказалось для Василисы не то, что говорить, что вздумается, а даже гулять по городу запрещалось одной, только в сопровождении либо родственников, либо нянек. Разговаривать с незнакомыми людьми молодой девушке приравнивалось к позору. Целомудрие, покорность, молчаливость- вот главные добродетели девиц 17 века.

Выпив чарку с горячительным напитком, душа, тяготившая всевозможными «нельзя», вырвалась у Василисы на простор. Она почувствовала прилив силы, которая окрылила ее.

Вспомнив любимый ею фильм «Судьба человека», она решила последовать примеру главного героя.

– Я после первой не закусываю! – ставя чарку, гордо заявила Василиса.

Паны переглянулись меж собой. Даже в Речи Посполитой, они не встречали такую деву, а тут в патриархальной Московии, где все живут традициями, были обескуражены такой речью.

Отец сидел и смотрел на свою дочь, не понимая, что за перемена могла произойти в характере Василисы. Покорная,, богобоязненная, услужливая дочь превращалась у него на глазах в непредсказуемую фурию.

Ухмыльнувшись и закрутив один ус на палец, пан Казимир произнёс:

– Выпей красавица ещё чарку за нашу Королёву Марину Мнишек, – и наполняя чарку вишнянки, протянул Василисе.

– За Мнишек? – беря в руки чарку, усмехнулась девушка. – Она такая же королева, как я балерина! Она простая несчастная женщина, которая как мотылёк летит на свет. И скоро, очень скоро этот свет спалит ее. Ваша Мнишек захотела править великой Русью, но у неё кишка тонка. Ничего у неё не выйдет!

Мужчины сидели разинув рот, и только пан Володымир с восхищением смотрел на девушку.

Никогда в жизни он ещё не встречал такой смелой, безрассудной и красивой девы. Она нравилась ему все больше и больше. Он чувствовал, что между ними есть нить, которая связывает их, но что это, он не мог никак понять. Любовь поселилась в его сердце.

– Так панна не хочет выпить за Королёву? Считает ее недостойной править? – соскакивая со своего места недовольно спросил пан Матеуш.

– Пан Матеуш, не гневайтесь, – пытаясь смягчить ситуацию просил боярин, – видишь, дочка не в себе, говорит, то чего сама не ведает.

– Пусть говорит, -перебил боярина Володымир.

– Я выпью за возрождение Руси, за будущего царя, а не за нынешних мошенников, – и Василиса вновь залпом осушила чарку.

– Ну хоть съешь кусочек, – ещё раз протягивая пирог просил девушку Казимир.

– А я и после второй не закусываю, – повторяя слова из фильма, уверенно ответила девушка.