Сквозь туман времени

– Я помню эту песню, – вдруг сквозь слезы, пробормотала Василиса, – только откуда, не знаю?

Так в объятиях своей тетки-няньки Василиса уснула крепким сном.

После того как горницу покинула Василиса, поляки и боярин несколько минут сидели в тишине.

Первым тишину нарушил пан Казимир.

– Спасибо Никита Ильич за гостеприимство. Разреши, спать пойдём, поздно уже.

– Конечно, -ответил боярин и приказал прислуге показать комнаты гостям.

– Хорошая у тебя дочь, Никита Ильич, береги ее, – уходя сказал Казимир.

Боярин ничего не сказав, лишь нахмурил лоб.

Последний горницу покидал пан Володымир, не дойдя до дверей, он обернулся и спросил, смотря прямо в упор на хозяина дома.

– Отдай за меня пани Василису. Не любит она своего жениха, и никогда не полюбит. Не губи девку. Я сделаю счастливой Василису.

– Что? – не веря своим ушам, и начиная негодовать сказал боярин.– Отдать замуж свою единственную дочь какому- то поляку? Да ни в жизнь! За Матвея пойдёт! Убирайся!

Пан Володымир ничего не ответив на гнев боярина, вышел из комнаты.

На утро, проснувшись рано, Василиса лежала в постели и думала о Володымире

«Неужели именно о нем говорил Витольд? Не может быть! У Володымира добрые и благородные глаза, он не способен на обман и предательство. Хотя, если Витольд знает обо мне как Алисе, то он лучше знает Володымира. Нет, не верю. Сердце подсказывает, что все неправда. Что же мне делать»?

Встав с постели, она подошла к зеркалу и смотря на своё отражение сказала ему:

– Я не хочу чтоб меня выдали замуж за того, кто не мил мне.

Пан Володымир проснулся ещё раньше Василисы, разбудил Казимира и велел будить всех дружинников и собираться а путь.

– Нам здесь больше делать нечего, домой поедем, – садясь на своего коня крикнул Володымир своим товарищам и ускакал прочь из усадьбы боярина Захарьина.

– Марфа, -спросила Василиса женщину, когда та помогала ей облачаться в сарафан, – а что гости уже встали?

– Поляки эти? Так они уж давно как со двора уехали. Черт с ними.

– Как уехали? – чуть не плача молвила Василиса.

– А на кой они нам? Главный из них, тот самый, который у церкви был, заявил, что делать им тут нечего и, что домой едут. А ты чего это расстроилась? Тебе сейчас нельзя расстраиваться, нужно к свадьбе готовится.