Дерзкая штучка

Видимо, это не ускользнуло от размытого парами алкоголя внимания мужчины, и он приободрился.

– Займи стольник соседу! – потребовал гость.

– Нет твоей Михайловны! – простонала я.

– Теперь вижу! – Он громко икнул. – А вас как зовут?

– Маруся! – соврала я.

Мужчина прижал руку к груди и состроил такую гримасу, что мне показалось, еще чуть, и расплачется.

– Маруся, дай сто рублей! – взмолился он.

Я устало вздохнула. В конце концов, не обеднею, даже если не вернет. Зато не перельется в ванной вода, да и не всегда же этот сосед бывает таким.

Если приходит как к себе домой, значит, уверен, что дадут ему здесь, поскольку знают.

Я закрыла за соседом двери, как вспомнила, что до сих пор не посмотрела, что в свертке, который обнаружила в лесу. Я даже удивилась тому, что с самого начала не сделала это. Сверток лежал на дне сумочки. Я положила его на стол и отправилась за ножом. Найдя в выдвижном ящике кухонного стола ножницы, я вернулась и вскрыла ленты. В черном пластиковом пакете оказался странный металлический предмет неправильной формы.

Поскольку с его торца были разъемы для каких-то проводов, я сделала вывод, что это какая-то деталь от машины. Потеряв к ней всяческий интерес, я направилась мыться. На вечер были большие планы. А именно – я собиралась, что говорится, «оторваться». Причем по полной. Однако зазвонивший где-то в зале телефон заставил вернуться. Странно, но это была Рольгейзер.

– Здравствуй, Марта! – поприветствовала она, как всегда пафосно-официально.

 – Как устроилась?

– Спасибо, хорошо, – ответила я, теряясь в догадках, чем вызвано внимание к моей персоне.

– Тебе придется завтра приехать в пансионат, – объявила она тоном, не терпящим возражений.

– А я могу узнать, зачем? – осторожно поинтересовалась я.

– Да хотя бы для того, чтобы уважить старуху. – Рольгейзер рассмеялась сухим, механическим смехом и тут же умолкла. – На самом деле вы упорхнули, не оставив мне гарантийного письма.

Вернее, письмо есть, но вы не соблаговолили возвести его в статус документа.

Я ровным счетом ничего не поняла из сказанного ею. С другой стороны, в ванной уже давно вода переливалась в слив.

– Не понимаю вас, – призналась я.

– Вы не расписались в документах! – наконец разродилась она.

И тут до меня дошло. Ну конечно! Как я могла упустить этот момент! Спонсоры пансионата требуют отчетности после каждого выпуска очередной партии девиц.