Инквизитор по соседству

 – Вот спасибо! А то ведьма тут с вечера порядок наводила, столько пыли подняла, что все мыши разбежались! У меня брюхо от голода сводит! Вовремя ты пришёл!

– Добрррой ночи, – прорычал вулвер. Заметно было, что человеческая речь даётся ему с трудом, слова, вылетающие из зубастой волчьей пасти, звучали отрывисто и грубовато. – Может, вам ещё чего… пррррррр… пррринести?

– Диких трав? – выпалила Бри, решив воспользоваться возможностью. – Можешь добыть? Я бы с утра хоть чайку заварила.

– Ладно, – кивнул массивной башкой их с Филом гость.

– А имя у тебя хотя бы есть?

– Грррайв.

– Очень приятно, я Брианна Блэкмор.

– Брррианна Блэкморрр, – повторил вулвер. – Хорррошее имя. Гррромкое.

Когда Грайв ушёл, ведьма развернулась к коту и, уперев руки в боки, вопросила:

– Ну и… о чём ещё я должна знать?

– Про что это ты? Не пойму, – развёл лапами Фил. Повернулся к ней хвостом с намерением скрыться, но Бри ухватила его за рыжие бока и не позволила сбежать от серьёзного разговора.

– Ко встрече с кем я должна быть готова? Кто ещё тебя тут навещает? Гоблины? Гремлины? Может, лепрекон какой-нибудь среди твоих знакомых затесался? Золото бы нам тут не помешало. Ремонт бы сделали.

– Скажешь тоже, – дёргаясь в её руках, проворчал кот. – Где я тебе возьму живого лепрекона? Так, брауни порой заглядывает по старой памяти. Он раньше тоже тут жил, а после того, как дом опустел, так и ушёл. Поселился где-то в лесу.

– Брауни… – задумчиво повторила Брианна.

Понятное дело, что после отъезда бывшей хозяйки он здесь не задержался. Некому стало оставлять ему в благодарность за помощь блюдце молока или сливок, а ещё какой-нибудь выпечки, от которой никто не откажется. Вот почему и дом так скоро приобрёл нежилой вид, погрязнув в пыли и грязи. Коты ведь не прибираются, будь они хоть тысячу раз говорящими, хорошо хоть, что мышей ловят. А вот брауни мог бы ей в домашнем хозяйстве очень пригодиться.

– Ну приходит, и что? – отозвался Фил.

– Нам надо его вернуть! – сообщила ведьма. – Не дело домовому духу в лесу обретаться. Его место здесь, у домашнего очага, – покосилась она в сторону упомянутого очага, который, по правде говоря, производил удручающее впечатление.

– Тебе надо, ты и возвращай. А я своим куском хлеба и миской молочка делиться не намерен. Кстати, о молочке. Я тебе скажу, у кого его лучше покупать, а ты свари мне кашу, ладно? Манную.