Между светом и тьмой

– Это правда? – склонив голову, осведомился его грозное высочество. – Ты дала ей совет насчёт воды? И откуда же тебе известно об этом способе?

– Читала, – пожала я плечами.

Опять же, никакой лжи, но его подозрительность вполне объяснима. Огненные бесы – существа редкие и своеобразные, доступной информации о них не то чтобы слишком много, и, наверное, простому человеку на неё наткнуться сложновато. Но служащей архива… почему нет? Это явно правдоподобнее, чем если бы я открыла Рэйвену и остальное: что не только читала, но и встречала, ловила, изучала, а в далёком детстве подсунула одного в комнату кузины – ужасный поступок, которого я стыжусь по сей день.

– А почему сама ничего не сделала?

– Хотите, чтобы я им последние крохи магии скормила?! – возмутилась я.

Конечно, некромагу не понять. Сам-то он, по слухам, ещё в пелёнках обрёл цвет, что немыслимо даже для королевского отпрыска.

– Эта ваша… кхм… могу только догадываться, кем она вам приходится…

– Уже никем.

О как. А любовница-то, оказывается, отставная.

Зато вела себя как законная жена.

– Так вот, не закати она истерику, справилась бы с вашими зверушками и сама. И вообще, я ей на другую дверь показала. Но у неё, похоже, с ориентацией в пространстве большие проблемы…

– А у тебя проблемы со слухом. Тебе было сказано сидеть в уголке и ничего не трогать, – прорычал седьмой принц. – Но ты умудрилась пооткрывать все двери!

– Ещё не все, – пробурчала я себе под нос и прикусила язык.

Ещё воспримет мои слова как обещание.

Обидно всё-таки, что не нашла библиотеку. Но должны же мне её рано или поздно показать – ассистент я или кто?

– Значит, так… – начал Рэйвен, шагнув ближе и тем самым нарушив установленные им же границы, о чём нас обоих тут же оповестил нахлынувший жар.

Я вздрогнула и вцепилась дрожащими пальцами в полки за спиной, чтобы не рвануть навстречу. Тяга была такой сильной, что я впервые в полной мере осознала весь ужас связавшего нас заклятья. Это не просто страсть… не просто ответное желание, вспыхивающее от любого прикосновения.

Это жгучая потребность, жизненная необходимость быть рядом. Обнимать, вжиматься, растворяться. Казалось, я упаду замертво, если принц сейчас же, немедленно, не поделится со мной воздухом. Через поцелуй, разумеется, и судя по лихорадочному румянцу и до крови закушенной губе, он думал о том же и пытался привести себя в чувство.

– Мне… некуда… отойти… – пролепетала я, умоляя Рэйвена самого отступить.