Между нами вечность

Кроме того, вам придётся выполнять обязанности моего секретаря. Сортировать бумаги, составлять библиотечные каталоги, и всё прочее.

– Вы занимаетесь наукой? – спросила я и тут же прикусила язык – наверняка настоящая Глория Лэйн должна была точно это знать, а не предполагать.

– Можно и так сказать.

– Что-то ещё от меня требуется?

– Быть поблизости, когда вы мне нужны, и не надоедать, когда не нужны. Не пытаться меня соблазнить, скомпрометировать и тому подобное. Были здесь до вас и такие хитроумные, что чуть ли не в постель ко мне залезали в чём мать родила.

Не ругаться с моей прислугой. Не мешать моим гостям, когда таковые будут в доме. Благо это бывает не так уж и часто. А ещё, милая лирра, не пытайтесь выяснить, что именно не так с мужчинами моего рода.

– А с ними что-то не так? – выпалила я озадаченно. Мне тут же вспомнились слова служанки. Что-то там о про?клятом, которому и бесприданница сгодится, как наверняка считают родственники настоящей Глории, которые её сюда и спровадили.

Глава 6

Я поняла, что мне ой как не следовало этого говорить, и запоздало прикусила язык, но было уже поздно.

Как говорится, слово не воробей. Я с испугом уставилась в лицо лирра Теннантхилла, которое мгновенно изменилось – как будто на и без того пасмурное небо набежала тёмная, как южная ночь, грозовая туча.

– П… простите, я… – сорвалось с моих губ, когда мужчина принялся неотвратимо надвигаться на меня. Я попятилась от него и упёрлась спиной в стену. Дальше отступать было некуда.

– Вы сейчас смеётесь надо мной, лирра Глория? – искривив губы в пугающей усмешке, осведомился хозяин. – Вам кажется это забавным? И сколько же сплетен вы слышали обо мне и моей семье?

– Я…

«Всего одну, и ту от вашей же служанки!» – хотелось выпалить мне, но я не могла этого сказать. Ведь настоящей Глории Лэйн наверняка было известно гораздо больше о своём будущем нанимателе, вся основная информация уж точно имелась в её полном распоряжении. А я даже полного имени его пока не знала…

– Простите меня, лирр Теннантхилл, – произнесла я, опуская глаза и комкая в повлажневших от волнения ладонях гладкую ткань платья.

 – Я не должна была задавать вам подобный вопрос… Язык мой – враг мой.

– Я это заметил, лирра, – сухо отозвался собеседник. – Что ж, частично я могу удовлетворить ваше любопытство. Да, мужчины моего рода в самом деле прокляты, но о том, в чём состоит суть проклятия, я говорить не хочу. Для меня это слишком личная… и непростая тема.