Своенравная добыча

– Можешь ненадолго оставить меня одну, Люк? Мне нужно… Ты же понимаешь?

Мой юный охранник покраснел так густо, что мне даже стало его жаль. Я всё ещё хорошо помнила, каково быть нескладным подростком. Каждая мелочь вгоняет в смущение.

– Да, конечно, госпожа! Я вовсе даже не собирался за вами подглядывать! И прослежу, чтобы другие не смотрели в вашу сторону! Только будьте поблизости, очень вас прошу! А то, если потеряетесь, мне повелитель голову оторвёт!

Судя по тому, какой взгляд бросил в нашу сторону Эрланд Завоеватель, как раз отдающий какие-то приказания другим слугам, эти слова явно не были преувеличением.

Едва ли он слышал наш с Люком разговор, но краем глаза всё же наблюдал за мной. Впрочем, едва ли правитель Лундсфальда считал, что я сбегу от него по дороге. Он прекрасно знал, что мне некуда бежать. Как и то, что мы с ним оба понимали – именно я являюсь залогом его помощи Ив-Лин. Не выполню свою часть сделки я – наказаны будут все. В том числе едва родившиеся дети Эрмины и ни в чём не повинные мирные жители княжества.

Лес был наполнен щебетом птиц и насыщенными ароматами трав, уже поспевших ягод, разогретой солнцем земли. Люк, как и обещал, ждал меня поодаль, отвернувшись и даже зажав уши, но я всё равно чувствовала неловкость, так что постаралась сделать свои дела побыстрее. Выбрав кусты погуще, я юркнула в них.

А когда вышла и уже собралась вернуться к ожидающему меня слуге, у меня вдруг всё поплыло перед глазами.

Я уже не понимала, где нахожусь, хотя точно знала, что рядом стоянка Эрланда и его людей – ведь только недавно слышала их голоса, а сейчас тишина. Да и мальчишка должен быть поблизости.

– Люк! – позвала я его. – Люк, где ты?! Эй!

Вместо пронизанной солнечным светом опушки я вдруг очутилась в непроходимой чаще. Здесь было куда тише… И страшнее. От каждого треска сучьев под ногами по коже пробегали мурашки. Я не понимала, как могла оказаться в таком месте, когда ещё недавно находилась в совершенно другом.

– Ау! – позвала я, понимая, что сейчас обрадовалась бы любой живой душе. Даже правителю Эрланду, появись он передо мной. – Люди!

Никто не откликнулся.

Постепенно голова перестала кружиться, а зрение стало яснее. Но я по-прежнему оставалась не на светлой окраине леса, где была совсем недавно, а в сумрачной чаще. И понятия не имела, где нахожусь и каким образом сюда попала.