В лабиринтах города

Но он не маг. Он уже лишился способностей, а значит, ему светит пожизненный срок в темнице инквизиторов, о которой он слышал столько сказок. Воображение рисовало тёмные подземелья, освещённые факелами, каменные стены с черепами в нишах, затянутые паутиной и многовековой пылью. И крики заточённых там безумцев, которым суждено провести остаток жизни за решётками из крепкого металла с антимагической защитой: в полном одиночестве, наедине с воспоминаниями. Страшная участь.

Максим покачал головой, прогоняя слишком яркие образы.

– Где твой напарник? Крылов, кажется, – он приподнял брови, наблюдая за девушкой.

Алиса тоже нервничала: топталась у порога, заправляла волосы за уши и старалась не смотреть на него. Макс хорошо знал её привычки и то, как она обычно ведёт себя, когда чувствует неловкость. Крапивина совсем не изменилась за прошедшие годы.

– У него другое задание.

Только сейчас Рахманов с удивлением заметил, что на её пальце нет никакого кольца. Он слышал, что Алиса вернулась в город, и потому хотел позвонить.

Повёл себя, как пятнадцатилетний мальчишка, и бросил трубку. Макс давно считал, что его близкая подруга либо всё ещё пребывает в статусе помолвленной ведьмы, либо вышла замуж и счастлива в браке. Он желал ей счастья. Теперь же Максим был несколько обескуражен. Мало того, что она вот так появилась у него на пороге, а теперь ещё и это. Он так и не узнал, с кем её родители тогда устроили помолвку. Их пути разошлись несколько лет назад, и Макс не питал ложных иллюзий. Просто жил дальше. До этого дня.

Свадьба расстроилась? Жених бросил её, а может, она сама ушла от него? Вопросы сменяли друг друга со скоростью света, но Максим не осмелился произнести их вслух.

Они так и стояли в прихожей. Их словно разделяла бездонная пропасть – один шаг навстречу, и можно сорваться вниз.

– Не желаешь прогуляться? – Максу очень хотелось проветриться и привести мысли в порядок. Находиться сейчас в четырёх стенах казалось сущей пыткой.

И этот сон. Он не шёл из головы.

Максим никогда не запоминал свои сновидения и не мог сказать, что его хоть раз мучили кошмары.

Лицо тёти Агаты до сих пор стояло перед глазами. Так отчётливо и ярко он видел её только на семейных снимках. Агата была очень привлекательной женщиной. Высокая, стройная, с длинными тёмными волосами и выразительными чертами лица.

«Настоящая красавица, – часто вспоминала его мать. – Они с Ярославом выглядели замечательной парой». К слову, Ярослав Чарныш был под стать своей невесте.