Жена заклинателя времени

В том, что человек, который держал меня за руку, единственный, кому я могу доверять в этом чужом пугающем мире, где машины летали, а роботы служили дворецкими. Будто я точно откуда-то знала – он не предаст.

И даже несмотря на это, я чувствовала себя отвратительно. Руки всё ещё нервно подрагивали, колени подкашивались. Казалось, что на меня вот-вот все начнут показывать пальцами и кричать: «Самозванка!»

Но ничего подобного не произошло. Собравшиеся на приёме приветствовали нас с Рикхартом одобрительными возгласами.

Постепенно я начала различать лица, яркие цвета нарядов на женщинах, блеск их украшений.

Сейчас я была вынуждена признать, что гардероб Флорины являлся верхом элегантности. Её вещи мало отличались от тех, что носили и в моём мире. А вот на некоторых из присутствующих дам одеяния весьма напоминали те, что носили аристократы в фильме «Голодные игры». Пёстро, эпатажно, а кое-что и попросту безвкусно. Хорошо, что не все придерживались этой странной моды.

Я покосилась на Янга, жадно ловя все его жесты и готовясь повторять их за ним.

Как он поздоровается с другими гостями на приёме? Каким образом выразит своё почтение владыке, когда тот появится перед нами?

Толпа расступилась. Я сразу поняла, что человек, который шагнул нам навстречу, и есть тот самый владыка, о котором я столько слышала. Его окружала невидимая, но ощутимая аура властности. Несмотря на невысокий рост и довольно непримечательную внешность, он излучал абсолютную уверенность в себе.

По виду ему было примерно лет сорок пять.

Рикхарт Янг склонил голову, и я тут же последовала его примеру.

– Поздравляю вас! – А вот голос владыки внешности совершенно не соответствовал. Он мог бы принадлежать кому-нибудь другому – гораздо более внушительному в плане роста и мускулатуры мужчине.

– Благодарю за поздравление и содействие! – откликнулся мой спутник, и я эхом повторила его слова.

Когда подняла глаза на владыку, мой трепет перед ним был самым настоящим.

Я уже почти не сомневалась, что власть тут в самом деле представляет собой абсолютизм. В руках этого человека, который выглядел так невзрачно, действительно сосредоточены нити, которыми он управлял судьбами окружающих. И теперь я одна из них. А, значит, должна до конца играть свою роль.

– Теперь вы супруги, – удовлетворённо произнёс он. – Я очень рад, что мне удалось соединить в одну семью два столь древних и известных рода.