Ёж Люсьен в городе странных людей

Но вот незадача: если сестра и согласится, кратчайший путь к Озеру проходит по Горбатой улице, а на ней живет Димка. Поразмыслив, Тёмка решил идти в обход. Подумаешь, чуть подольше прогуляются, разница тем более небольшая: то минут десять добираться, а то, наверное, пятнадцать.

Выключил телевизор в начале выступления кандидата медицинских наук Рудиментовой Надежды Евгеньевны с темой «Доктор не знает, что с вами? Значит, все в порядке». Переоделся в майку с шортами, на ноги натянул любимые носки с мордами трицератопсов.

Школьную рубашку с брюками кинул в шкаф. Выйдя в коридор, неслышно прошагал до сестриной комнаты, сунул голову в дверь.

Увиденный образцовый порядок окончательно убедил Тёмку, что сестра неисправимая чистюля. Обои с африканской саванной, зебрами и жирафами напоминали разве что о жаре за окном. Сидящая перед учебником Дашка обернулась, удивленно уставилась на брата. «И зачем это он явился? Если бы они не жили в одном доме, он и не знал бы, где ее комната находится».

– Я, это… хочешь на Озеро? – с запинкой предложил Артём.

– С тобой? – Лицо сестры стало подозрительным.

– Ну, а с кем?

– С Димкой сходи, – ответила Даша и уткнулась глазами в учебник.

Тёмка, однако, уходить не собирался. Вошел, прикрыл за собой дверь.

– Это… его дома нет.

– А где он? – спросила сестра, не отрываясь от книги.

– Да с отцом…

Дашка повернулась к брату после короткого раздумья:

– Ладно.

Фокс с Матвеем спали возле шкафа прихожей, свернувшись в единый клубок.

Даша заперла входную дверь, убрала ключи в тайник. На улице было спокойно, словно объявили тихий час. Сверлящей злобными глазами Аглаи не было, наверное, она вернулась в свой дом.

Миновав переулок, дети свернули на Сыромасляную улицу. Не доходя до обиталища долговязой бабы Светы, «Всё-моё», как ее называют местные, воображающей себя владелицей не только клока земли с домом, но и куска дороги за калиткой, перешли на другую сторону дороги.

Девяностолетняя старуха, довольно прыткая для своего возраста, все время настороже. Она почти неотлучно бродит по «своей земле», с руганью разгоняя прохожих и колотя тростью по проезжающим автомобилям. А когда устает, садится на березовый пенек возле завалившегося набок гнилого забора и продолжает исполнять предназначение с места.

На днях мама Тёмки и Дашки торопилась на работу. Шла напрямик, времени на обход бесчисленных дорожных ям не было.