Гаудеамус игитур

А тут его растащили на миллион логических частей, дали сто вариантов того, каким может быть мир. И самое ужасное оказалось, что все эти варианты могут быть верны – одновременно!

– А ты как хотела. Не зря же 3% с каждого потока попадают или в семинарию или в дурку.

– Да не в этом дело. Вывихнуть мозг – это надо еще постараться. Но когда ты ищешь каких-то ответов, а тебе дают миллион вариантов – и каждый имеет право на существование – то тебя словно увели оттуда, где ты был, но ничего толком не дали взамен.

– Знаешь, – ты наверное и правда искала там что-то личное. И, наверное, ты права – там этого нет и быть не могло.

Вера оглядела внимательно комнату – все ли взяла с собой. До самолёта оставалось двенадцать часов, а надо было ещё немножко вздремнуть.

Марк отряхнул ботинки на пороге дома. Сегодня он возвращался поздно, поэтому открывал дверь осторожно, чтобы не разбудить детей.

Он оглядел прихожую и веранду, но Лии нигде не было. Бросив пиджак на спинку стула, он поднялся на второй этаж.

Лия тоже спала, но неспокойно – нервно вздрагивая и слегка постанывая.

Марк присел рядом и тихонько положил ей руку на голову, успокаивая и гладя её по волосам.

Лия мгновенно открыла глаза. Пару секунд она не понимала, что происходит, но потом улыбнулась и прижалась щекой к его руке:

– Как хорошо, что ты дома.

– Тебе снилось что-то плохое?

– Погоди, дай вспомнить.

– Ты потеряла способность помнить все свои сны? – он улыбнулся.

– Это просто метафора для того, чтобы мысленно пробежать сон внутри себя.

 – Лия прикрыла глаза рукой. – Я не заснула, а просто провалилась в сон, словно в какое-то другое пространство. У меня давно так не было. Когда такое происходит – мне кажется, что я не засыпаю, а, словно попадаю в какой-то другой мир – настолько мгновенно это случается. Рядом со мной сидели дети – Маша и Петр. Но они были в виде светящихся золотых шаров. Петр рисовал, сидя за столом, и громко смеялся, Маша – сидела рядом с ним. При этом я понимала, что они спят – где-то рядом со мной. Это было так странно. Я подумала, что когда мы спим, – то наши души может быть вот так гуляют где- нибудь под покровом ночи.

– Кто знает – может когда- нибудь мы будем выглядеть именно так, как ты и сказала, – Марк притянул жену к себе и прикоснулся губами к её лбу. – Температуры нет, значит всё в порядке.

– Ни ручек, ни ножек? – Когда -то мама сказала мне именно это: «Живи Лия, живи здесь и сейчас.