Риана. Душа воина

Очень необычно, невероятно красиво. Я помнила, что сейчас должна навалиться невероятная усталость и придется уснуть всего на мгновение, чтобы очнуться в реальном мире. Но это было как в сказке! Посмотрела по сторонам, чтобы запомнить этот миг, это великолепие! Ведь я уже могу никогда сюда не вернуться… А жаль, вот бы этот сон длился вечность.

Ветер трепал мои длинные сине-бирюзовые волосы и нежно ласкал кожу случайными прикосновениями. Лучи солнца пронзали облака и дарили свет этому чудесному миру.

Вввшшууух!

Повернулась, чтобы понять, что меня отвлекло от любования таким прекрасным моментом, и уже была готова увидеть рассерженное лицо Джеймса.

Как на мгновение замерла от страха… И этого хватило красноглазому чудовищу, чтобы схватить меня своими когтистыми лапами и потянуть вниз. Время замерло и тут же понеслось с бешеной скоростью. Я по инерции отшатнулась. И мы клубком полетели на облако.

Удар и ноющая боль во всем теле, и отчего-то шипение, словно в уксус бросили кусок соды. Эта тварь попыталась убить меня, и вонзила когти мне в шею.

В глазах потемнело. Я стала вырываться – била руками и ногами. Но меня крепко держали огромные красные лапы. Перед глазами щелкала челюсть с двадцати сантиметровыми зубами.

О, боги! Что это?! Я в жизни не видела ничего ужаснее! И ещё, от существа исходила такая страшная вонь что, даже находясь в состоянии шока, я не смогла этого ни почувствовать. Тухлая рыба и то вкуснее пахнет, могу утверждать это, как житель города, рядом которого море.

Чудовище визжало и извивалось подо мной, а ломаные крылья за его спиной таяли на глазах.

Первые лучи света коснулись облака, и я поняла, что спасена. Тварь замерла вместе со мной. Всего секунда и я должна оказаться дома. Но прежде, я заметила, как чудовище дернулось, мгновение, и оно начало плавиться, как кусочек льда на солнцепёке, только намного быстрее. А исчезнув, оставило после себя лишь жуткое воспоминание и боль в горле. На меня навалилась тяжесть и невероятная апатия с примесью сонливости.

Нереальность померкла, потеряв яркие краски, став черно-белой, словно нарисованной простым карандашом картинкой. И затем слилась в темную непроглядную тьму. Чей-то голос, очень далеко, звал меня… Моё имя… Оно слетало с его губ, а интонации становились все тревожное.

– Риана… Риана… Риана....

Туман медленно рассеивался перед глазами, и показалась комната брата. Шторы оказались уже открытыми, и из окна лился яркий солнечный свет.