Найти Джульетту для гонщика

Майоров топтался на пороге. Он ждал, когда они окажутся одни. Она стояла рядом, а он ничего не мог! Ни обнять её хрупкую фигурку, ни взять за руку. Ни-че-го!!! Только проститься взглядом. Глаза Олеси, тихие и грустные, щемили сердце. В них читалась бесконечная покорность судьбе. «Ну уж нет!» – вдруг вскипело у него внутри. Он принял для себя решение и посмотрел на неё, транслируя взглядом: «Я решу этот вопрос!» И вышел.

Олеся закрыла за ним дверь и прижалась к холодному дверному полотну горячим лбом.

Вытерла пару набежавших слезинок, заставила себя улыбнуться и, нацепив обычное выражение лица, вернулась в гостиную. Только закрывшись в своей комнате, на кровати, подтянув колени к подбородку, она уткнулась в подушку и заплакала.

* * *

Олеся не видела Майорова две недели… Полностью сосредоточилась на учёбе. Днём это удавалось. Ночью она вспоминала о Сергее, прокручивая в памяти каждое его слово, жест, взгляд, прикосновение. Она не собиралась ничего забывать.

Это было её тайное богатство, и никто не мог отнять его у неё. С сестрой он тоже все эти дни не встречался. Валерия говорила, что у него какие-то срочные дела. Тем большее удивление у Олеси было сегодня.

Внезапный звонок в дверь заставил её вздрогнуть.

– Кто там?

– Олеся, открой, пожалуйста, – неожиданно послышался за дверью знакомый голос.

Олеся открыла. Майоров стоял на пороге. Глаза блестящие, возбуждённые. Назарова растерялась, еле смогла выдавить:

– Сергей? А Леры…

Он не дал ей договорить, продолжив её фразу сам:

– …нет и не будет.

Она – на практике. Я – к тебе, Олеся. Мне можно войти?

И не ожидая приглашения, вошёл. Олеся стояла, ошеломлённая его уверенностью и напором.

– Это тебе, – вдруг произнёс он, вынимая из-за спины роскошный букет из пятнадцати роз.

Цветы были великолепны. Олеся зарылась в них лицом, вдыхая аромат и ничего не соображая. «Зачем он мне подарил цветы?» Мысли путались.

Одна её половинка готова была прыгать от счастья. Другая её половина, перестраховываясь, с трудом держала эмоции в узде.

После последней их встречи она проделала титаническую работу, убеждая себя в том, что чувства её к Майорову лишены основания, что с её стороны это был гормональный срыв и она только выдавала желаемое за действительное. В ход шли логика и здравый смысл. Худо-бедно она себя «залатала».