Ромео для балерины

– Мамочка!

– Ты мне вот что, дочь, скажи, кто такой Алексей Меркулов? Пресса раззвонила, что ты – девушка этой восходящей рок-звезды.

– Так и есть, пап. Он – талантлив и отличный музыкант!

– Даже если это так, тусовки, клубы – это не для тебя, Лисёнок! Я это к чему: вы должны с ним расстаться.

Лея побледнела.

– У тебя в апреле конкурс, где будет решаться твоё будущее как балерины.

– Я к нему уже готовлюсь. Меркулов здесь при чём?!

– Ты едва коснулась его мира, и сегодня ты в больнице.

– Папа! Это – просто случайность. И ты его совсем не знаешь!!!

– Понятно, тебе 18, тебе хочется любить. Но он – не тот человек, который тебе нужен.

– Ты хотя бы поговори с ним!!!

– Хорошо, мне всё равно придётся с ним побеседовать, но это вряд ли поменяет моё решение.

– Почему?!

– Потому что дочь у меня одна! – сказал Наумов и вышел.

* * *

Когда Меркулов пришёл в больницу, к Лее его не пустили. У дверей палаты стоял охранник, который и загородил дорогу.

– Лея, ты как?

Девушка подбежала к двери.

–Нормально! Ранка затягивается. Сегодня вечером домой. Завтра репетиция и спектакль.

– Какая репетиция?! Какой спектакль?! Тебе лежать надо!

– Лёш! Я так рада, что ты пришёл!!!

– Ага, и не дошёл…

Она грустно вздохнула:

– Я тоже хочу тебя видеть…

Меркулова вдруг осенило:

– Окно открой.

– Серенаду будешь петь?

– Ну, типа того.

Когда Меркулов показался в проёме окна, она ахнула:

– С ума сошёл! Третий этаж!!!

– Там дерево удобное – повезло. Иди ко мне…

Они не успели разлепить объятия, когда вошёл Наумов: так и стояли, обнимая друг друга. Лицо охранника вытянулось.

– Александр Николаевич! Да как же он?..

– Через окно. Их там хорошо готовят, в МЧС, – ответил Наумов, потом обратился к Меркулову. – Пойдём, курсант, поговорить надо.

Лея провожала отчаянными глазами своих самых любимых мужчин. Они вышли. Меркулов молчал. Говорил Наумов. Что они с его дочерью разные, что у неё большое будущее, что ему нужно поискать себе девушку в среде музыкантов.

Алексей мало обращал внимания на слова: он смотрел, как Наумов держится, как говорит. Отец Леи внушал уважение. Он поймал себя на мысли, что невольно ставит себя на его место.