Инверсия за тридевять парсеков

Черт с ним, с этим ножом! Раз удалось откупиться от судьбы такой мелочью, грех жаловаться. Пиратское восстание обошлось бы куда дороже.

– Убедил, – только и вздохнул он, плюхаясь обратно на кушетку. Ладони немного тряслись, пришлось спрятать их в подмышках, чтобы себя не выдать. – Чего вам надо?

Ни малейшей вины за свое вторжение флиберийцы не испытывали. Фок уставился на них, пытаясь взглядом выразить то, что врожденное чувство такта не позволяло произнести вслух.

– Мы только что с «Роксиля», там скука смертная! Холодные совершенно не умеют развлекаться! – Эмпириан запросто сел рядом и ткнул Фока под ребро.

– Спасибо, конечно… – Фок незаметно потер бок, который от тычка снова заныл. Приглашение на флиберийский междусобойчик было лестным, чего уж там, но время они выбрали на редкость неудачное. – А до утра это не терпит, потому что?..

– К утру нас тут уже не будет.

– Увольняетесь?

– Типа того.

Фок не стал спорить, хотя очень хотелось. Если они так решили, убеждать бесполезно. Очевидно, флиберийцам стало скучно здесь, они разуверились в капитане и решили разорвать контракт, чтобы поискать лучшей доли. Фок их не винил. Прозябая на одном месте, денег не заработаешь, а сколько «Армада» еще простоит на якоре – с «Роксилем» или без – знал только капитан. Перспективным парням здесь и вправду делать нечего. Наймутся куда-нибудь еще, их везде с руками оторвут.

Фок малодушно подумал, не попроситься ли с ними, но тут же отогнал эту мысль. Сергей, хоть и строит из себя несокрушимого, сейчас нуждается в верных людях как никогда. Все у них наладится, надо просто немножко подождать.

– Жалко…

Только компанию нашел и уже приходится прощаться! Интересно, если предложить созваниваться иногда, они согласятся?

– Скучать будешь, Мирра?

– Ну… думаю, да.

– Сейчас мы скрасим тебе горечь расставания, – криво усмехнулся Эмпириан.

Фок кивнул и поднялся. Отказываться от прощальной вечеринки он точно не собирался.

***

Поначалу праздник мало чем отличался от привычных. Посидели, выпили: Фок – грапиру, парни – что-то свое, на вид жутко жгучее. Болтали о какой-то ерунде, вспоминали захват «Роксиля» (флиберийцы хвастались, что легко справились бы там одни). С «фейерверками» они не спешили, а чуть позже перешли на флиберийский и про Фока будто вообще забыли.