Скальпелем по преферансу

 – Удалось найти ответ на мой вопрос? Ты извини, что я тебя всё время дёргаю и напрягаю, но я чувствую, что это очень важно.

– Конечно. Без проблем. – Серьёзно заявил Димон. – Номер телефона, который ты мне озвучила принадлежит Московскому Государственному Академическому Художественному Институту имени В.И. Сурикова. Сокращённо – МГАХИ. А точнее, телефон установлен на кафедре Рисунка.

– Что-то такое… я и предполагала, – тихо пробормотала я. – Дим, а у тебя, когда выходной?

– Завтра. Часиков до двух посплю, а потом свободен.

 – Доложил Димон.

– А давай завтра вместе пообедаем. – Радостно предложила я. – Ты как? Не против?

– Нет, конечно. Кто ж откажется пообедать в обществе красивой женщины, да и ещё за её счёт, – засмеялся Димка.

– Отлично! Тогда предлагаю ресторанчик, который находится рядом с моей квартирой. Вы там с Марией уже бывали. Встречаемся ровно в два часа дня. Договорились?

– Договорились. До встречи, Руслана, и хорошего дня. – Весело проговорил Димон и отключился.

Я тоже нажала на телефоне кнопку выключения и, отбросив трубку в сторону, задумалась.

Глава 3

Художник – звучит гордо.

Так, так, так… значит хозяин пакета вовсе не какой-то там инженер – конструктор или архитектор, а скорее всего он художник. Работает в Художественной институте на кафедре Рисунка. Возможно преподавателем, но может быть и ещё кем-то. В любом случае, его там должны хорошо знать. А иначе, он бы сообщил ветеринару свою фамилию и полное имя.

И в тубусе, который видел в пакете Николай Владимирович, был не чертёж, а картина или рисунок. Конечно, это только мои предположения, и они могут быть ошибочны, но что-то мне подсказывает, что я права. Единственно, что остаётся для меня загадкой: почему и зачем художник, буду так пока называть Влада, отдал кому-то вместе с тубусом свои личные и наверняка, рабочие вещи? И вообще, причём здесь такой инструмент, как скальпель? Если только… этот художник, с помощью хирургического скальпеля вырезал из рамы ценную картину и продал её какому-нибудь частному коллекционеру. Может же такое быть?

– Любимая, ты чего такая вся из себя задумчивая, грустная и очень загадочная одна здесь сидишь? – раздался у меня над ухом тихий шёпот, присевшего рядом со мной, Сергея. – У нас что-то случилось?

– Ничего у нас не случилось. По крайней мере, у меня. – Вырываясь из лап собственных мыслей, недовольно пробурчала я.