Профессия за тридевять парсеков

Возможное свидание с ненавистным снегом отнюдь не улучшало его настроения. Друг напоминал сердитого ежика, которого разбудили посреди зимней спячки и вместо теплого гнездышка сунули в ледяную прорубь. Руки у него становились все горячее и вскоре начали прижигать даже сквозь одежду.

– Все, хватит! – взвизгнула я и проворно откатилась в сторону от такой помощи. То есть, попыталась проворно, а на деле застряла на полукувырке, позорно раскорячившись кверху задом. – Сама встану!

– Да уж, вижу.

 – Рим хмыкнул, но отошел, наслаждаясь бесплатным акробатическим этюдом.

Я с трудом распуталась и встала на четвереньки, уставившись на него снизу-вверх.

– Давай ты остынешь, а? Мне и так плохо, не хватало еще ожоги лечить!

– Нечего было дышать тем отваром! Гронатейская степная лира раскрепощает, дает ощущение безопасности, но пагубно действует на организм.

– Это что, наркотик?

Отряхиваться я не стала: все равно скоро снова падать. Действие пара то ослаблялось, то накатывало с новой силой.

Мысли перестали путаться, зато кружилась голова и подворачивались ноги.

Рим подумал, подбирая аналогию.

– Алкоголь.

– Что-то не заметила раскрепощения, башка только кружится.

– Зато я заметил, – вздохнул Рим, уже в сотый раз посмотрел наверх и снова сник.

– Хватит кукситься. Я все бока уже отбила, но не жалуюсь!

Рим скептически изогнул бровь, но комментировать не стал и пошел дальше, время от времени оборачиваясь.

Лес не способствовал быстрому передвижению, а, напротив, активно ему мешал. Под ноги то и дело попадались незаметные глазу кочки, невидимые на белом фоне упавшие ветки и на редкость зловредные камни, которые, казалось, могли бегать и радостно бросались наперерез. Рим бодро шагал впереди, будто не замечая неудобств пересеченной местности, я же ловила каждый проклятый бугор. Лес однозначно ополчился против меня, делая все, чтобы набить мне как можно больше шишек.

Высматривать препятствия было бесполезно: окружающая среда сливалась в единое белое покрывало и становилось еще хуже. Давала о себе знать еще не успевшая зажить спина, почти не замечаемая из-за постоянных падений. В очередной раз споткнувшись, я плюнула и принялась старательно отвлекаться.

Лебединые кроны деревьев укрывали нас роскошными крыльями. Двойная луна опустилась к самым верхушкам – туда, где виднелись белоснежные гребни гор.