Киноварь. Повесть о Всеславе Полоцком

Брячислав пировал и охотился с киевскими боярами, пока верный человек не привёз от княгини Анны жалобу на варягов, что взяли много власти, нельзя шагу ступить и вдохнуть вольно. Брячислав вернулся домой, а Эймунд с Рагнаром ушли куда глаза глядят, потому что в мирное время хотели получать столько же золота и серебра, сколько в военное. Полоцкий князь втайне им позавидовал: и он погулял бы по свету, побывал за морем, может, не так скучал бы по Киеву. Толика варяжской крови в нём взыграла – он и Рогволожьего племени, и Рюрикова.

Венчанной жены Брячислав ещё не имел. Это сильно беспокоило вдовую княгиню Анну. Беспокоила её и ярая страсть сына к охоте: на вепря и на медведя ходит с короткой рогатиной, Бог хранит, товарищи выручают.

Однажды охотники возвратились понурые, не зная как сказать, что потеряли князя. Гнали оленя в пуще. Олень ушёл, следом князь пропал. Дотемна окликали, и утром, и вот вернулись. Княгиня заперла их в подклеть, а челядинцев послала искать Брячислава.

Он далеко заехал.

Сначала оленя преследовал, потом без цели и без дороги живым лесом ехал и мёртвым. Наконец попал в просторный бор и видит: дети боровую ягоду бруснику в берестянки набирают.

От чужого всадника, забрызганного грязью, посечённого ветками и, почти как волот-великан, огромного, дети попрятались за деревьями.

– Что хоронитесь? Я князь ваш Брячислав. Ведь это Полоцкая земля, не Новгородская?

– Какой ты князь? – укорил его малец, выглядывая. – Ты разбойник?

Брячислав засмеялся.

– Я три дня и три ночи гнал оленя Золотые Рога.

Коня уходил, сам уморился, шапку потерял, калёные стрелы истратил. Оленя не загнал, а невесту себе здесь посватаю.

Дети приблизились, осмелев. Среди них – девочка постарше. Ладная девочка, особенной красоты князь в ней не заметил. Что на него накатило, сам не знал. Глядя свысока, спросил:

– Как тебя зовут?

Дети зашушукались.

– Мережа, – ответила она не робким голосом.

– Скоро снег выпадет. Я пришлю отроков по санному пути, – напористо сказал Брячислав.

– Присылай красные сани, я пойму, что это твои, – без улыбки сказала Мережа.

Пока дети провожали князя в селение, он узнал ещё, что отца у Мережи нет, а мать плакальщица – и сегодня над покойником причитает.

Сердце гулко стучит у князя в груди. Засыпанная хвоей тропа забирает вверх по склону; через каждые пять-шесть шагов из-под земли бьют ключи-студенцы. Такую сурово-светлую местность князь видел во сне – ему вспомнилось. Или помстилось.