Страж серебряной графини. Кофейный роман-эспрессо. Фейная дилогия. Том второй

Мишка приносит коньяк, – плоскую фляжку – наливает в крохотную походную рюмочку с металлическим ободом.

– Прошу, Ваша милость, Миледи! – Серьезно и почтительно склонив голову, он протягивает рюмку Ланочке. – Пейте осторожно, обжигает… Восторг и дрожь одновременно кривит судорогой Мишкины скулы, но он молчит, не в силах выразить словами то, что потрясло души.

…Ланочка закашливается, жмурится, широко раскрывает глазки, пригубив из рюмки, машет ручками: – Ох, Горушка, как противно! Он пахнет старым чаем – жалуется она недоуменно, подняв на меня и Мишку свои глазищи в коричневом ободе теней.

– Клопами, Madame! – Ласково усмехаюсь я, и подмигиваю ей. Фыркнув, она заливисто и чарующе, мягко и светло хохочет, тотчас забыв о тошноте и страхе, уткнувшись мне в грудь, где то ниже ключицы, под самый шрам.. И страх понемногу отпускает нас.. Совсем. Льдинки его тают в высоте и пеной нежности апрельского неба, в тонкой кружевной игре теней вишневых и яблоневых веток, в пахучей истоме аромата старой полыни и чабреца.

.

…В прямоугольной шкатулке – коробе червленого серебра, которую я осторожно держу на коленях, пока мы едем назад, на потемневшем от времени алом бархате тускло мерцают нити изумрудного колье в виде тонкого шнура, на конце которого изящная подвеска кинжал, в образе саламандры, с глазами – вставками из крошек – сколков александрита, Рядом умиротворенно мерцают две серьги из сапфира в виде лепестков фрезии. И загадочно дремлет изумрудный браслет- застежка в платине с золотыми вкраплениями.

. Утаенный гарнитур Виолетты Норд, принесший столько несчастий ее семье, выплыл, наконец, на свет божий, хоть и не в полном составе, хоть и разрозненный.. Но вот сулит ли он счастье новым владельцам этого точно никто из нас сказать не может… Пока…

Глава восьмая. «Разговор в сумерках»

– Фея не видел? – Я шмелем влетаю в подвал, где Мишка травит медью очередную рассохшуюся доску от старого рояля: заготовку для новой картины, иконы, панно, а Анюта раскладывает на стеллажах мешочки с сушеными яблоками и травами.

Еще – прошлогодними.

– Нет. – Мишка поднимает голову, прищуривает глаз. Аня встревоженно смотрит на меня.

– Чего это ты спохватился? Она дома была, на веранде, писала что то в блокнотах своих.. И черевички – рядом…

– Нет ее там. Я выходил. Блокнот, ноут, Никушины и Лешика игрушки, медвежонок, кубики разбросали, все – на месте, но никого нет.– Я задумчиво тру щеку. – Они все вместе вышли, что ли? В саду?

– Наверное.