Многоликий Янус

Если ещё в детстве он не замечал её злобного нрава, то по мере взросления, его глаза всё больше открывались и однажды, он увидел когда-то любимую им девушку, в её истинном свете. Увидел и содрогнулся.

Ещё до болезни Авроры, когда объявили их помолвку, мужчина уже решил для себя, что отделит для проживания жены, отдельное крыло в доме. А сам будет жить так, как посчитает нужным. У него много дел! Нужно восстанавливать пришедшее в упадок хозяйство. Хорошо, что хоть отец не успел наделать долгов! А с остальным он справится.

Оливер словно очнулся, и посмотрел на Аврору. – А если она не очнётся? – подумал он. И тут же вспомнил про эту дикую историю с переселением душ и посмотрел на хозяина замка. Граф был далеко отсюда, по всей видимости, так же, как Оливер недавно, вспоминал разные моменты из жизни дочери. Только мужчина готов был поклясться, что в памяти отца, Аврора была нежной и любящей дочерью. Как часто бывает слепо любящее сердце.

Граф почувствовал на себе взгляд гостя, и поднял на него глаза.

– Да, нужно идти, – шепотом сказал он. – Нам нужно разобраться с тем, что сказала экономка. Я знаю Гарнию сорок пять лет, с самого её детства. Она росла в замке. Причём, даже ребёнком она была очень серьёзной и ответственной, на пустом месте, она бы не стала такого говорить. Пойдём.

Пожав легонько дочери руку, граф тяжело поднялся с кресла и направился к двери.

***

Библиотека была самым любимым местом отдыха графа. Жарко натопленный камин, глубокое мягкое кресло, запах старинных манускриптов и покой.

Сейчас Ларион не ощущал покоя, он даже не опустился в своё любимое кресло, продолжая мерить шагами помещение. Князь также из вежливости не садился, ожидая, когда граф заговорит.

Нервно потирая руки, Ларион произнёс:

– Что бы там ни было, мы должны в этом разобраться. Необходимо увидеть служанку и поговорить с ней! Пусть докажет, что она – это Аврора! Пусть… – граф растерянно замолчал.

– Если позволите, граф. Дело в том, что девушка может много чего рассказать о жизни вашей дочери.

Она живёт в этом доме, и была свидетельницей многих событий, в том числе, очень интимных. Наша беда в том, что мы со временем перестаём думать о слугах, как о живых людях. А ведь они могут слушать, слышать и делать выводы. А ещё, они общаются между собой! И, конечно, самая любимая тема для разговоров, это обсуждение собственных хозяев!

Граф растерянно посмотрел на Оливера.

– А что же тогда делать? Как мы узнаем правду?

Князь усмехнулся.