Пари на мышку

Дягиль испытал умиротворение, словно отдал последний долг своему прошлому.

Всё шло, как по писаному. Девочка оказалась невинная и наивная, и повелась, как тёлочка за верёвочку. При близком общении она производила впечатление воробышка-желторотика, храбро бьющего крылышками и мужественно открывающего клювик. Собственно, это всё, чему научила её природа: просить и проглатывать. Просить и проглатывать. Влад испытал от этой мысли странное возбуждение. Конечно, с одной стороны, ставить Дайну на кон было непростительной ошибкой.

Просто преступлением.

С другой – это дурацкое пари заставило Владислава встряхнуться, вырвало из обычной рутины. Где-то в глубине его души – если таковая у КотоФея вообще имелась – разгорался огонёк азарта. Словно у сытого домашнего кота, слышащего в дальнем углу шебуршание мыши. С одной стороны – нафиг надо, а с другой – непобедимые древние инстинкты. Один прыжок – и диванный пусик превращается в беспощадного хищника. Любители котиков редко задумываются о том, какие это жестокие животные.

Под окном кабинета коммерческого директора часто прогуливался рыжий кот – видимо, обходил дозором территорию. Как-то раз Влад наблюдал картину: кот тащил в зубах мышь. Поднеся её к стене склада, на которую и выходило окно кабинета, кошара выпустил жертву. Та неуверенно, по стеночке, видимо, уже не в первый раз, попыталась свалить. Дав игрушке возможность убежать на полметра, кот сделал рывок и вновь схватил грызунью – только для того, чтобы отпустить через пару минут.

Нет, Влад не будет жесток с этой девочкой. Было в ней что-то… трогательное и располагающее. Не только в смысле «потрогать и уложить». Он будет нежен и деликатен. А потом… А что будет потом, он подумает потом. Пока у него придуманы шаги номер два и номер три. Дальше – по обстоятельствам.

Он поднялся домой, чтобы переодеться в поношенные джинсы и футболку, вернулся в гараж, завёл Харлей – и всё вокруг привычно поплыло. Трасса звала. И пусть весь мир подождёт.

* * *

Утром четверга Геннадий Николаевич Колчевский, известный больше как «Ген-директор», принимал у себя начальника службы безопасности, Александра Петровича Морозова, в народе именуемого «Дед Мороз». В этот раз начбез явился сам, без вызова, что свидетельствовало о выполнении задания. Или, как минимум, – его значительной части. Генеральный налил своему верному стражу большую кружку чая – кофе Морозов не уважал – и предложил приступить.