Последние выборы сенатора

– То есть «сердце»?

– Если в том смысле, что заставляет весь организм работать, то да, – кивнула Тай.

– Механическое тут какое-то сердце. Из нержавеющей стали.

Детектив поделился своими впечатлениями о «Барби».

– Зачем же так жестко: «из нержавеющей стали». Лучше сказать «золотое». Тоже мертвый металл, но звучит-то как, – улыбнулась Роул.

– Да уж, – поморщился Коллингейм, предчувствуя завтрашний день в компании «золотого» сердца. У него даже пальцы на ногах поджались, будто в них под ногти иголки воткнули.

Китиарка пожала плечами:

– По сути, это две стороны одной медали. Какая сторона у медали главнее?

– Не знаю, я тут ни одной медали не вижу. С какой стороны ни посмотри – одна большая… немедаль, – буркнул он.

Воистину, легких денег не бывает. Но ему нужны любые.

– Еще какая медаль! – возразила с улыбкой Роул. – И за отвагу, и за боевые заслуги, и за трудовую доблесть… Покрутишься там, сам поймешь.

– А ты, в смысле, в этом хорошо разбираешься?

– Есть немного.

Тут Тайни попыталась изобразить из себя скромную девочку. Получилось сексуально. Очень.

– Пробовала себя в роли менеджера кампании в небольших региональных выборах. Так… – Она отмахнулась.

– И как?

– Не понравилось. Хлопотно.

– А результат-то как был?

– Результат был.

Теперь Тайни смотрела на него укоризненно. «Ты что, во мне сомневался?» – спрашивал взгляд. Но всё равно это смотрелось это безумно сексуально.

По-другому и не могло.

В разговоре провисла пауза.

– Алекс, тебе, наверное, нужно к завтрашнему дню готовиться? – вдруг спросила Тайни. – Я в безопасности.

Детектив скептически на нее взглянул.

– Как только включится режим выхода из гипера, я тебе сразу сообщу, – пообещала китиарка. – Честно-честно.

Отключаться не хотелось. Но к завтрашнему действительно было бы неплохо подготовиться. И поесть нормально. Второй раз за день. И уже спать ложиться. Чтобы завтра прилететь вовремя и в хорошей форме. Всё же он «лицо кампании», чтобы ее…

– Тай, давай так: перед тем как ляжешь спать, отпишись.

– Есть. Хорошо, – согласилась она. – Ты мой ангел-хранитель. И в очередной раз меня спас.

– Это у меня такая дурная привычка, прости, – смущенно ответил детектив.

– Я люблю тебя, Алекс.

Эти слова обрушились на детектива, как бочка ледяной воды. Неожиданно, и дыхание перехватило. На секунду детективу показалось, что Тайни с ним прощается.