Любовь не терпит отлагательств

К счастью, в шкафу мы нашли банку молотого кофе и сварили себе по чашечке. Вот ведь блаженство! Я затянулась сигаретой и почувствовала, как нервное напряжение начинает отступать.

– Что же, все-таки, произошло? – в который раз за сегодня спросила Маринулька.

В который раз за сегодня я пожала плечами.

– А где твой брат?

– Брат? – удивилась я.

– Ну да, брат. Он же вчера к тебе приезжал.

– А… да, – вспомнила я вчерашнее вранье. – Он… мы, действительно вчера чай пили, поболтали о том, о сем.

– Да нет! Куда он подевался?

– Он… это… Вообще-то хотел остаться, сэкономить на гостинице, но позже передумал. Не хотел попасться и создавать мне проблемы с учебой… Вот и снял все-таки номер. Я его по-тихому проводила, комменд спал уже.

– Ясно. Жалко, – хмыкнула подружка. – Я хотела с ним познакомиться.

– Не стоит, – проворчала я. – Он намного старше тебя.

При этих словах у меня что-то болезненно кольнуло в груди.

– Да ладно, шучу! – отмахнулась Марина и пустилась живописать собственные ночные похождения.

Наконец мы улеглись: Марина на диване, я на маленькой короткой софе у противоположной стены.

В голове крутились сотни непрошенных мыслей. В основном, о случившемся. Об Андрее. Целый день я о нем не вспоминала. Вернее, я о нем и не забывала. Просто мысли о нем не принимали четких форм, а скорее были едва уловимым осознанием того, что он был, что он реальный. Так подсознание всегда помнит, что мы умеем ходить и разговаривать, но не думаем об этом.

Только теперь, в темноте и тишине, под убаюкивающий шорох проносящихся мимо дома машин, его образ снова настойчиво впился в мое сознание. Ну и что?

Этот человек – мимолетный в моей жизни. Я больше никогда его не увижу. Он будет в Москве, а я останусь здесь. Хотя… сейчас он тоже – все еще – в Ростове… Эта мысль немного взволновала меня. Сейчас, в этом городе, он все еще настоящий, реально существующий.

Интересно, как он? Что делает сейчас? Спит? Разговаривает с кем-нибудь? Обратился ли в больницу? Разобрался ли с «братками», учинившими стрельбу? Все ли с ним в порядке? И… вспоминал ли он обо мне сегодня? Вспоминает ли сейчас?

«Хотя, к чему ему это?» – нахмурилась я. – «Все, что я могла для него сделать, я уже сделала!»

Я зарылась лицом в подушку от стыда.