Пусть говорят

А во-вторых…

Обижаться на Таньку смысла нет. Впрочем, как и сердиться тоже. Она говорит, не думая, поступает так же и при этом смотрит на всех безмятежным телячьим взглядом, в котором никогда не бывает ни злости, ни неудовольствия, ни осуждения. Наверное, поэтому у неё и врагов нет. И никогда не было. Её любят все, кто её знает. За какую-то вселенскую доброту, за извечное, неиссякаемое желание помогать людям. Пусть её об этом и не просят…

Вот и сейчас как ни в чём ни бывало села рядом со мной на диван, подогнула под себя ноги (это её любимая поза, сколько её помню, всегда так садится и везде), потянулась и предложила:

– Сходим, что ли, куда-нибудь, а то я, как послушная девочка, весь день дома просидела.

Хочется город посмотреть. Только поедим сначала, а то меня от голода шатает.

– А ты что, – ужаснулась я, – за весь день ничего не ела?!

– А что есть – то? – удивилась она. – Ты ж ничего не приготовила?!

– Ты хоть бы пельменей сварила! Две пачки в морозилке! Я уж не говорю о других продуктах.

– Вот ещё! – фыркнула Танька. – Делать мне нечего! Буду я у плиты торчать. Я и дома это дело не приветствую, а уж в отпуске и вовсе уволь.

– Чем же ты так занята была целый день?! Или надеялась, что женихи приедут тебе суп варить?!

– Хватит к людям цепляться, – вздохнула Танька, – хоть яичницу зажарь, а то я весь батон и сыр съела. Аж мутит от них. И кофе три литра выпила. Сделай чайку по своему рецепту.

Чертыхнувшись про себя, я поплелась на кухню.

Чай у меня, действительно, отменный. Я его сама произвожу. Не могу пить покупную бурду. Собираю ягоды шиповника, ферментирую листочки иван-чая, сушу лист чёрной смородины, добавляю чуть-чуть мяты или душицы, завариваю всё вместе. Аромат обалденный, вкус ещё лучше. Правда, ягоды шиповника я обычно на ночь замачиваю в горячей воде, но сегодня и так обойдёмся.

Мой чай нравится всем без исключения, и раньше на чаепитие много народу сбегалось. А сейчас я переехала в другой город, где сняла квартиру и устроилась на работу, так что друзьями пока не обзавелась и приходить ко мне на чай пока некому.

Таньку вот чёрт принёс, но я ей рада. Нас и впрямь связывает нежная дружба, хотя посторонним кажется, что мы с ней без конца собачимся. На самом деле у нас просто манера разговора такая. Очень уж мы разные. Правда, это нам не мешает, и в жизни мы друг за друга и в огонь и в воду.

Чай наконец-то был готов.