Кружевные закаты

И быть благодарными за то, что нам дала судьба, иным не выпадает испытать такое блаженство. Но реальность зовет, – почувствовав, что утрирует, Марианна добавила, – то ли мир жесток, то ли мы сами виноваты.

«Ты виноват», – понял Крисницкий.

Марианна могла еще в утешение сказать, что с их противоречивыми натурами все равно ничего бы не сложилось. Но она не могла, потому что не верила в это, озвучивая утопичные мнения и исходы лишь для успокоения. Кто сказал, что они не смогли бы быть вместе, сложись обстоятельства по-иному? Всему виной условности и нерушимость браков… И его тщеславие, будь оно проклято.

И теперь, позови он ее, она бы бросила все и перестала думать о благополучии Тони и Лиговского.

Больше они не сказали друг другу ни слова до самого ужина. Да и во время трапезы перебрасывались пустыми фразами по мере надобности. Марианна больше не пыталась задеть его улыбкой, все внимание сосредоточив на восхвалении красот дома в неспешной беседе с Федотовым. Хозяин усадьбы расцвел, упражняясь с хорошенькой гостьей в давно забытой игре под названием галантность.

18

После ужина, состоявшего главным образом из превозношений талантов и прелестей гостьи, Марианна попросила Тоню задержаться в гостиной. Крисницкий опасливо глянул на обеих, садящихся на один диван, но возражать не увидел возможности и степенно удалился.

– Дитя мое, – сказала Веденина и почувствовала, как неестественны эти слова. Она только на восемь лет старше Тони! Почему тогда кажется самой себе такой старой? – Тоня, я хотела по душам поговорить с вами.

Боюсь, я не проявляла к вам должного внимания. Это все из-за моей настороженности к мало знакомым людям.

Тоня доверчиво улыбнулась и позволила себе сказать:

– Я всегда испытывала перед вами неконтролируемое восхищение.

Марианна усмехнулась.

– Вы переоцениваете меня.

– Совсем нет! – с жаром воскликнула Тоня. – Михаил Семенович рассказывал мне, что…

– Ах, бога ради! – прервала ее Марианна. – Прошу вас, говорите только о себе. Я вижу в вас то, что тоже преклоняет меня и в то же время ставит в тупик.

Вы не глупы, но неужели не видите фарса, что строится вокруг вас?

– Я… знаю, что вокруг много зла. Но нельзя этому дать очернить свою жизнь. Мы должны стремиться к процветанию и свету.

– Ах, вот какая у вас философия, – против воли улыбнулась Марианна и с неожиданной нежностью посмотрела на сидящую рядом.

– Вы имеете другие представления?

– Нет, но не в силах так радужно воспринимать мир.