Полнолуние

– И не думала даже! – От негодования у Лауры прорезался голос. – Джемми, я хочу домой.

– Хорошо, мы едем домой.

Сестра помогла ей подняться, подхватила под руки, и они направились на стоянку такси. Лауре было совестно, что она так и не попрощалась со своим первым незадачливым кавалером, но обернуться и хотя бы махнуть ему рукой не решилась. Она понимала, что он не позвонит, хотя наверняка знает телефон ее сестры.

Дома Джемайма уложила Лауру в постель и сидела рядом, пока та засыпала.

– Это случилось с тобой впервые, такой сильный кашель? – допытывалась Джемми.

 – Надо показать тебя врачу.

– Не стоит! – отчаянно воспротивилась Лаура, втайне радуясь, что не сказала Джемайме про кровь. – Я чувствую себя нормально, просто поперхнулась, только и всего.

– Но это может быть предвестником астмы… или даже туберкулеза! Ты как дочь врача должна это понимать.

– Джемми, он врач-психотерапевт, – устало возразила Лаура. Впервые дотошность сестры действовала ей на нервы. – Умоляю, дай мне снотворное, я абсолютно разбита.

– Как дочь врача-психотерапевта ты должна знать, что принимать снотворное после алкоголя противопоказано. Ты и так заснешь. Спокойной ночи!

Лаура вздохнула и отвернулась к стене. Она долго не могла уснуть – ее томил коктейль из сомнений, смутных предчувствий и опасений, злость на себя и неоправданная обида на Джемайму, неопределенность и страх перед грядущим – словом, то, что может волновать девушку на заре юности. Неспящий город по-прежнему шумел за окном, но она, как ни старалась, не могла отыскать в нем места для себя.

Лаура всерьез раздумывала о возможности поступления в колледж или о поисках работы, но не находила смысла ни в том, ни в другом. Благодаря отцу она не знала отказа в деньгах, но по-настоящему не нуждалась в них – ее потребности были скромны. Лаура не была пустой и испорченной, но считала себя таковой и в ходе столь неутешительных размышлений вскоре стала противна сама себе. Сон подкрался на мягких лапках и начал путать ее мысли, играя с ними, словно котенок с клубком. Медленно и вязко погружаясь в водоворот сновидений, Лаура уцепилась за последнюю внятную мысль: «Что-то должно случиться…»

Сны ее были прерывистыми и беспокойными с самого детства. Она вечно куда-то бежала, спасалась от невидимого преследователя, падала в бездонную пропасть, тонула в океане. Рядом с ней всегда присутствовала какая-то тень, бестелесный дух, вторгающийся в разум.