Полнолуние

Гляделась в зеркало и не узнавала себя: лицо определенно было ее, но при этом какое-то незнакомое. Брови и ресницы по-прежнему оставались светлыми, но Лауре как будто добавили красок. То, что раньше было неброским, акварельным, сейчас приобрело яркость и выразительность: в глазах появилась головокружительная небесная синева, губы стали коралловыми и сочными, а фарфоровая кожа засветилась изнутри. Девушка поняла природу потусторонней красоты Эдгара, у которой была столь высокая цена. Лаура поспешно расчесала волосы, надела первое, что попалось в шкафу, сунула ноги в шлепанцы и выбежала во двор.

Она не привыкла вставать так рано – был только седьмой час утра, и все в «Магдале» еще спали после ужасной ночи. Солнечное сияние внезапно обрушилось на девушку, окружило непроходимой золотой стеной, и она на миг ослепла. Лаура невольно вскинула глаза на солнце, проглядывающее сквозь листву черемухи. Оно, как всегда, переливалось негасимым пламенем, и смотреть на него без темных очков было невозможно.

Зрачки Лауры расширились, и она, не в силах отвести взгляд от солнца, вдруг стала различать на нем пятна, будто бы смотрела сквозь закопченное стекло. Это меркнущее светило внушало ей страх. Лаура с усилием проморгалась и побежала в сад, желая скрыться в тени деревьев.

Сад звенел голосами утренних птиц, цветущие яблони стояли как невесты, окутанные розоватой дымкой, сквозь их ветви щедро лились потоки солнечных лучей. Эдгар сидел на траве в картинной позе, до странности реальный, и не таял в свете дня.

Он не был похож на привидение, а скорее напоминал кота, вальяжно греющегося на солнышке. Его длинные золотистые волосы искрились, белоснежная рубашка подчеркивала бледность кожи, а кобальтово-синие глаза почти не пропускали света, что делало их цвет приглушенным на солнце и насыщенным в тени.

Эдгар беззастенчиво окинул девушку взглядом снизу вверх, и его брови едва заметно вздернулись. Лаура словно увидела себя со стороны: растрепанная, в тесной майке и джинсовых шортах, обрезанных до самых бедер, в пляжных тапочках – выглядела она как девчонка-подросток.

Ноги у нее были незагорелые, бледные до синевы. Лучше бы она надела то длинное белое платье со следами крови!

Элегантным жестом, отточенным за века, Эдгар пригласил ее сесть.

– Присаживайся, милая, побеседуем!

Лаура опустилась рядом на траву и подтянула к себе ноги, неловко обхватив руками колени. Эдгар ласково погладил ее по открытому плечу, оно слегка вздрагивало.