Ангел + ангел + студент

Какая же лошадь носится по универу на каблуках?

– Могу я вам чем-нибудь помочь? —раздался над головой приятный женский голос.

Максим с трудом открыл глаза. Коричневые туфли на высоком каблуке стояли прямо перед ним. «Наденьте тапочки» буркнуло сознание.

– У вас пистолет есть? – прошептал Максим, снова опуская голову на колени.

– Нет. А вам застрелиться или меня застрелить?

– Вы-то тут при чём? – сквозь зубы процедил он, мечтая только о том, чтобы добрая самаритянка оставила его в покое.

– Я вызову «скорую», – сказала девушка, отходя к окну.

– Не стоит, – поморщился Максим. – Я и так знаю, что они скажут: «Мигрень не лечится, надо полежать, помечтать о чём-нибудь хорошем» и когда-нибудь это пройдёт.

Закончив разговор по телефону, незнакомка намочила носовой платок и, присев, положила его Максиму на лоб. Холодные струйки покатились, щекоча кожу. На секунду даже показалось, что боль снова начала отпускать, но в этот момент, тишину прорезал очередной стук каблуков. Что ж за день? Все, как будто сговорились припереться в университет на каблуках.

Приоткрыв глаза, Максим чуть не задохнулся от удивления. Прямо перед его носом, словно по мановению волшебной палочки, появилась пластинка с заветным лекарством.

Когда таблетка уютно расположилась под языком, Максим счастливо вздохнул. Лекарство начинало действовать почти мгновенно. Не сказать, что боль ушла, но теперь она была гораздо терпимее. Мелкие квадратики начали сбиваться в один расплывшийся рисунок и уже через минуту Максим узнал склонившуюся над ним студентку пятого курса Агату Лозовую.

–– Ну чё, рахит, ожил? – высокомерно бросила девушка. Приподняв веко Максима, она некоторое время разглядывала его зрачок. Поняв, что «рахит» пришёл в себя, Агата безразлично повернулась к стоявшей за её спиной девушке. – Между прочим, Сонечка, препаратик стоит бешенные бабки. А я, в отличие от тебя, не миллионер.

«Сонечка», не глядя, вынула из сумки кошелёк, достала двадцатидолларовую купюру и небрежно сунула собеседнице.

– Обращайтесь, юноша.

Чуть приподняв голову, Максим проследил, как Агата вышла из туалета. Стук её каблуков он теперь слушал, как песню. Как же это здорово, когда голова не разрывается от боли, не лопаются от напряжения глаза.

Осторожно наклонив голову к одному плечу, затем к другому, он умиротворённо вздохнул. Лёгкая боль в висках почти не считалась.