Хорошо смеётся тот, кто смеётся

Буквально через несколько дней Хрущёва сместили со всех постов и отправили на пенсию. Мыло же осталось у Холуёва. Хватило его надолго.

Керженский мамонт

В декабре 1987 года Горьковский облисполком принял решение об организации Керженского государственного заповедника площадью 45 тысяч гектаров. Узнав об этом, в Горький приехал корреспондент Всесоюзного радио.

Добраться в поселок Рустай тогда было непросто. Радиокорреспондент решил прибегнуть к услугам авиаторов. И вылетел вместе с ними на «кукурузнике».

Летчики сбрасывали в тайгу брикеты прессованного сена для подкормки лосей.

— Да вот, понимаете, мамонта в тайге нашли, — пряча улыбку в густые усы, — сказал бортмеханик. — Его своим ходом перегоняют в зоопарк, в Москву, а мы его подкармливаем, чтобы в дороге не голодал.

Миша — так звали корреспондента — от волнения даже охрип.

— А можно в Рустае связаться с Москвой? – спросил он.

— Навряд ли, – огорчили его летчики.

Мише пришлось ждать возвращения в Горький. Глубокой ночью он позвонил из гостиницы в редакцию и передал сенсационную новость о гиганте, поросшем рыжей шерстью, который скоро объявится в столице.

Ночной редактор запустил её в эфир в шесть утра по московскому времени. А в семь тридцать Миша уже был уволен.

Как ленинская голова с ногами подружилась

Памятников Ленину в Нижнем Новгороде – море. Никто не считал. Бронзовые, мраморные, гипсовые. Ленин с поднятой рукой, Ленин стоя, Ленин сидя. Лежащего, разве что, нет.

Самый величественный монумент вождю и основателю – на площади, которая по сию пору носит его имя.

Посмотришь – и меркнут расхожие представления о человеке невысокого роста, отнюдь не богатыре. Такому бы грузчиком работать: атлетическое сложение, мощные бицепсы, как у Ивана Поддубного.

Художник Владимир Холуёв рассказывал, как накануне 100-летия со дня рождения Ленина творческая интеллигенция получила срочные заказы. Скульптор Юрий Нерода должен был в короткий срок сварганить памятник вождю.

Нерода, что называется, зашивался. Руки-ноги Ленину удалось присобачить. А вот с головой вышла заминка.

И вспомнил скульптор, что когда-то его отец, тоже художник-монументалист, Ленина до ума не довёл по причине своей престарелости, но начал его ваять в отличие от сына не с ног, а с мыслительного органа. Отыскался и он самый. Примерили – тютелька в тютельку. И вскоре над миром вырос Ленин огромной головой.

Полвека с лишним простоял Ильич на площади.