Нарисуй меня

Она бежала не останавливаясь, задыхаясь от злости и обиды, но только не от слез. Слез не было ни капли. И тут она споткнулась и со всей скоростью налетела на выброшенную полуразбитую оконную раму.

Нога пролетела почти не больно, но по руке потекла сразу тонкая струйка крови. Ее догнал в это время Алеша.

– Ты что? Что это у тебя? – сразу посмотрел он на ее руку.

– Не трогай! Не трогайте меня теперь все! Я не такая, как вы! – кричала вне себя Лера, чувствуя злость и страх одновременно, – Вон, и карты показали!

– Ты что, глупая что ли! Пойдем ко мне домой, я тебе руку забинтую.

– Не пойду, – упрямо сказала она

– Ну хочешь, я тебя до дома провожу? С такой раной нельзя долго ходить, – он провожал взглядом струйку крови.

– Нет, домой я тоже не пойду.

– Ну как хочешь, только рана у тебя опасная.

– Хорошо, пошли к тебе…– сдалась Лера.

Пока Алеша забинтовывал руку Лере, он постоянно что-то рассказывал:

– Кто в эти карты верит… Мы как-то с братом поспорили. Он сказал, что выиграет меня в карты восемь раз подряд и тогда все жвачки его! Я этого конечно не мог допустить, жвачки у нас все были поровну…

– Ну, и какое мне до этого дело? – отрешенно спросила она.

– Мы решили вызвать жвачного короля, слышала когда-нибудь о таком? – не обращая внимания, продолжил он.

– Нет, никогда.

– Ну это, когда надо дождаться ночи, положить жвачки напротив зеркала, и главное, чтобы взрослых дома никого не было. И из зеркала выйдет жвачный король и можно загадать все что угодно.

– Ты что, серьезно? – ее глаза зажглись, – Ну и, он пришел?

– Нет конечно, брехня это все, карты, жвачки! Никто к нам так и не пришел! Сначала шум был такой, я так перепугался! Оказывается, это в ванной тазик упал с полки, мама его плохо поставила. Ну в общем, не верь во все эти карты.

– Да? – Лера разочаровано вздохнула.

Под крепко наложенным бинтом пульсировала кровь, ее кровь…

Лера задумчиво вышла из ванной, соединенную со спальней стеклянной перегородкой и села за туалетный столик.

Неизъяснимая тревога сдавила ей грудь и запястье, будто воспоминания до сих пор имели силу над ней. Валерия с вызовом посмотрела в подсвеченное светодиодами зеркало над туалетным столиком. Затем резко распахнула секретер с украшениями и достала самый броский браслет. Она надела его на правую руку, напоминавшую былой шрам.

– Да, лучшие друзья девушки… – сказала она победно своему отражению, уступая чувству самолюбования место скребущей тревоги.