К забору не подходи!

Подобный случай был в моей жизни более двадцати лет назад, когда мы с мужем только поженились и возвращались после выходных в Москву от моих родителей, живших в области. Мы ехали в электричке, и напротив нас сидела молодая мама с дочерью лет пяти. Девочка всё время болтала ногами, задевая мои коленки, и смотрела в окно. И вот в какой-то момент за окном показалось стадо пасущихся коров.

– Мама, смотри! Слоны! – закричала девочка, толкая мать в бок, чтобы та тоже порадовалась увиденному пейзажу.

Мама нехотя повернула голову и тоже посмотрела в окно.

А девочка продолжала радостно подпрыгивать на сиденье и кричать:

– Слоны! Слоны! – и мама даже не пыталась её переубедить.

Мы с мужем недоумённо переглянулись, не говоря друг другу не слова. А уже когда приехали на вокзал, принялись обсуждать произошедшее. Мы оба были в шоке, так как не могли понять, как может пятилетний ребёнок не знать, как выглядят корова и слон. Как вообще их можно перепутать? Неужели она не смотрела ни одного мультфильма, героями которых были бы корова или слон? Неужели ни дома, ни в детском саду она не видела ни одной картинки с этими животными? А главное, почему мать этой девочки не принялась переубеждать дочь, объяснив ей различие между этими животными? Или эта женщина сама была уверена в том, что корова – это слон?

Все наши вопросы остались без ответа, и я понятия не имею, насколько образованной выросла эта девочка.

Может быть, она была одной из тех, кто стоял рядом с нами в Филёвском парке и смотрел на белку, будучи полностью уверенной в том, что видит тушканчика.

Почти научный феномен

В одном классе обычной московской школы учился мальчик, которого звали Стас Брунс. Его фамилия имела немецкое происхождение, хотя никто из его семьи уже и не помнил, какой именно из предков одарил своих потомков этой необычной для нашего слуха фамилией. И вот этот мальчик с самым обычным именем и с необычной фамилией всегда сидел на первой парте.

Но когда Стас доучился до одиннадцатого класса, то, по праву выпускника школы, решил позволить себе проявить немного свободомыслия и однажды самовольно пересел на последнюю парту, чтобы сидеть рядом со своим школьным товарищем, а не прямо перед носом учителя. Однако Марина Валентиновна, их классный руководитель, настолько привыкла к тому, как сидят её ученики, что даже не обратила внимания на небольшие изменения, которые произошли в их рядах.