Отец подруги

Но Бориса Александровича поблизости сегодня не будет, чтобы осадить попытки моего нового знакомого пощупать меня во всех местах. Мне в тот момент было дико стыдно.

– Мы ненадолго, – продолжает уговаривать Лена, заметив тень сомнения на моем лице. – Тем более, папа звонил и сказал, что будет поздно. Мы успеем вернуться до его возвращения. Все складывается как нельзя кстати.

Прикинув, что быстрее будет согласиться и поехать, чем спорить, я все-таки решаю идти сложным путем. Ничего не могу с собой поделать. Тусовки – это не мое.

Тем более за время, которое я провела в столице, еще не открывала учебники. А я, между прочим, приехала за красным дипломом. И стипендия мне позарез нужна.

– Я что-то неважно себя чувствую. Поезжай одна. Не хочу испортить никому веселье.

Отказывать Лене очень неудобно, но возможно, когда у меня появятся лишние деньги, то я смогу с ней полноценно проводить время. А пока лучше и впрямь заняться учебным материалом. Ну и еще я не хочу, чтобы Борис Александрович думал, что я приехала на все готовое пользоваться его добротой и деньгами.

Ленка внимательно смотрит на меня, наморщив лоб.

– Правда плохо?

Я утвердительно киваю, напуская на себя болезненный вид и испытывая стыд, что приходится обманывать подругу.

– Тогда отлежись как следует. А то у нас впереди куча планов. – Лена достает телефон и кому-то звонит, сообщая, что будет одна.

Остаток вечера я провожу на улице, а когда смеркается, собираю учебники и захожу в дом. Открыв дверцу холодильника, проверяю его содержимое.

Замешиваю блинчики по фирменному маминому рецепту и застываю над кофемашиной, оглядывая кучу кнопок и небольшой дисплей, двигая бедрами в такт мелодии, которая звучит в наушниках. Лена показывала, как пользоваться этой штукой, но я забыла, куда нужно нажимать. Размышляя над тем, что безопаснее и быстрее будет сварить себе кофе в турке, я уже собираюсь выключить этот сложный аппарат, чтобы ненароком его не сломать, как чувствую за своей спиной чье-то присутствие. А через мгновение рука, забитая татуировками, появившаяся из-за моего плеча, нажимает на нужную кнопку.

Я медленно оборачиваюсь и замечаю Бориса Александровича. Коленки начинают трястись, а внутренности скручивает в тугой узел, когда ловлю на себе внимательный и чуть нахмуренный взгляд. Надо для приличия повернуться полностью, но я не в состоянии этого сделать. Ещё и аромат его парфюма стоит в носу, а запах готовящегося кофе его ничуть не перебивает.