Волчица

Опустившись на скамейку, расположенную меж трёх уже высоких берёз, она вскинула голову вверх.

– Хорошо-то как! – вытягивая ноги, произнесла она, глядя вверх на могучие кроны деревьев. Наслаждаясь природной тишиной и кратковременным отдыхом, она витала в блаженстве покоя, пока этот покой не оборвал телефонный звонок.

– Елена Дмитриевна Кольцова? – получив подтверждение, мужской голос в трубке продолжал. – Вам срочно надо приехать в Н-ское отделение полиции, – и помолчав, добавил, – на опознание.

У Лены больно сдавило грудь. Казалось, что из-за этой давки совсем перестал поступать воздух в лёгкие.

– На опознание? – выдавила она из себя.

– Простите. Вам, разве не сообщили об аварии? Ну, Тимченко, ну, напарничек… – выругался голос. – Елена Дмитриевна, в машину вашего мужа на полном ходу врезался джип внедорожник. Водитель был пьян. Ваш муж и дети погибли сразу, а водитель джипа умер час назад.

От нахлынувшего бессилия, она выронила телефон и глубоко дыша, попыталась привести себя в чувство, уставившись в одну точку на земле.

Что-то серое мелькнуло сбоку. Лена медленно повернула голову и увидела сидящую возле калитки волчицу. Её обдало жаром. Это была та самая волчица, которую она видела тогда на дороге, приняв за собаку. Волчица сидела и смотрела на неё почти человеческими глазами. Ей даже показалось, что её взгляд выражал искреннее соболезнование.

Из дома донёсся грохот, что-то тяжелое рухнуло на пол, и тут же раздался глухой плач матери.

Лена повернула голову на шум, затем снова взгляд перевела на калитку, но волчицы там уже не было.

Мать распластавшись, лежала посреди комнаты.

– Мама! – кинулась к ней дочь. – Ну, зачем ты встала?

Она обхватила её обеими руками и, напрягаясь из последних сил, помогла подняться и дойти до кровати. И только тут из глаз Лены слёзы хлынули ревущим потоком. Она зажала глаза ладонями и, открыв рот, завыла как раненная волчица.

Мать испуганно натянула на себя одеяло и ничего не понимая, стала, причитая кричать: – Лена, дочка, прости! Прости дочка, – мучаясь в своих догадках, повторяла старушка.

Она попыталась встать и подойти к стоящей у окна дочери, но снова упала, наступив на больную ногу. – У-у-у-у… – теперь и мать взвыла, и что есть силы, зарыдала вместе с дочерью.

Лену привел в чувство её плач.

– Ну, ну… мамочка, чего ты. Перестань плакать. Вставай. Прости меня. Ну вот, хорошо. Ложись.