Случайная жертва

Всё это время Виталий пребывал в своих мыслях. Он не следил ни за официанткой, ни за Тимофеем Савельевичем, глядя в окно, и лишь когда пауза затянулась, начал говорить приглушённым голосом.

– Вы ведь не работаете в полиции или в иных правоохранительных органах?

– Нет, – улыбнувшись, заверил его Тимофей Савельевич, решив повторить то, что ранее сообщил Виталию по телефону. – Я – скромный пенсионер, и мои нынешние обязанности заключаются в том, что я слежу за внуком и помогаю ему в учёбе. Однако раньше я действительно работал следователем, и у меня имеется очень неплохой опыт в раскрытии преступлений.

Склерозом я не страдаю, и мой котелок пока варит неплохо. И если Вам требуется мой профессиональный совет в каком-либо затруднительном деле, то я постараюсь помочь Вам, насколько это в моих силах.

– Это хорошо, – ответил Виталий, приободрившись. – Мне очень нужен совет и помощь компетентного человека, и, к сожалению, среди круга моих знакомых такого нет. Поэтому я был бы Вам очень благодарен за помощь, но только при условии, что этот разговор будет строго конфиденциальным.

И хотя, видит Бог, я не совершил ничего дурного, я опасаюсь, что если сказанное мной сейчас станет известно в полиции, то меня могут привлечь к ответственности за какое-нибудь преступление.

– Можете на меня положиться, – ответил Тимофей Савельевич. – Если Вы не совершили ничего противозаконного, то Вам нечего опасаться.

– Я бы так не сказал, – покачал головой Виталий. – Понимаете, у меня уже есть судимость.

Правда она уже погашена, но для сотрудников следствия и полиции я теперь пожизненно состою в чёрном списке.

– А если не секрет, по какой статье Вы были осуждены? – тут же спросил Тимофей Савельевич, не сумев сдержать в себе привычку подробно выяснять все обстоятельства расследуемого дела.

– За драку, – нехотя ответил Виталий, которому не понравился заданный вопрос, но он счёл нужным не скрывать этот факт от Тимофея Савельевича, так как понимал, что если соврать или умолчать о чём-то из своего прошлого, то это позволит его собеседнику сомневаться и в остальной информации, которую он собирался изложить.

 – На меня напали, и я защищался, но тот парень неудачно упал и сломал себе ключицу и два ребра. А его приятели заявили в суде, что я первым начал драку, хотя их там вообще не было. Но мать достала мне хорошего адвоката, и мне дали два года условно. И все эти два года я вёл себя тише воды, ниже травы, чтобы снова не нарваться на неприятности.