Драконий пир

Я ведь обязался платить султану дань – привозить пять тысяч золотых ежегодно. Да, платить дань. Но это ничего, ведь и ты платил, и даже твой отец платил, вы не считали это позором».

Юнец на троне помедлил и продолжал: «Ты, наверное, смеёшься, слушая меня? Конечно. Ведь я ещё не правитель, чтобы думать об этом. Сперва надо разыскать митрополита, который помажет меня миром и возложит на мою голову корону. Тогда я начну править. Найти бы ещё этого митрополита. Найти бы ещё корону. Или опять придётся делать новую? Ведь когда-то и для тебя пришлось заказывать венец к церемонии помазания, потому что золотая корона твоего отца исчезла неведомо куда.

Я помню, как ювелир снимал с тебя мерку. Ты думал, я забыл? Ты полагал, что у детей быстро всё выветривается из головы? Когда тебя помазали, мне не было и ещё восьми лет, но я помню. Я всегда отличался хорошей памятью».

Влад посмотрел на пустые скамьи бояр: «Я помню многое. К примеру, помню в лицо каждого из твоих слуг. Скажи мне, кто из них тебя предал.

Да, я знаю, что мёртвым трудно говорить так, чтобы живые понимали. Тогда просто укажи, укажи мне того, кого я могу спросить об этом. Ведь должен же остаться в Тырговиште хоть кто-то, кто знает имена предателей…»

– Господин, посмотри, кого мы нашли! – крикнул Войко, вбегая в залу.

Вслед за ним другие Владовы слуги, действуя негрубо, но настойчиво, тащили под локти некоего остробородого человека в монашеской рясе.

Даже людям, никогда не бывавшим во дворце, хватило бы одного взгляда на этого незнакомца, чтобы сразу понять, где он служит и кем, – высохший и сутулый, голова как будто присыпана пылью, а руки испачканы в чернилах.

– Э! – воскликнул Влад. – Да это же писарь из отцовой канцелярии!

Часть II

Воспоминания Влада о жизни в гостях у султана Мурата нельзя было назвать ни плохими, ни хорошими – в них смешалось и сладкое, и горькое. Вместе с султаном Влад бывал на войне, видел груды мёртвых тел и именно во дворце Мурата увидел отрубленную голову отца, присланную венграми.

Да, всё это было, но у Влада сохранились и другие воспоминания о турецких временах, дорогие сердцу. Четыре года назад, когда отец отвёз его и маленького Раду к Мурату, это был последний раз, когда родитель проводил с сыновьями так много времени!

Прибыв в турецкую столицу Эдирне и представив сыновей султану, отец не сразу поехал обратно, а жил вместе с детьми в дворцовых покоях ещё недели две.