Время дракона

Одно время ученик пытался спорить с учителем и задавал каверзные вопросы. Например, однажды спросил: «А как же тот грек по имени Александру, который жил давно-давно? Он умер очень молодым, но его называют Великий». Учитель ответил со снисходительной улыбкой: «Грек Александру был великим завоевателем, а не великим государем. Ему покорилась половина народов Земли, но государство, которое он создал, распалось вскоре после его смерти. Великий государь – это не завоеватель. Великий государь – это строитель».

К сожалению, отец Влада не успел построить ничего, что после смерти стало бы памятником для потомков, – ни новый храм, ни монастырь, ни крепость.

Он лишь достраивал начатое Мирчей Великим, а своё строительство откладывал и в этом допустил явное упущение.

Впрочем, младший Дракул пока тоже строил мало. В одном из городов приказал возвести дозорную башню, которая располагалась на северо-западной стороне и потому получила звучное название Башня Заката. В новой столице, в городе Букурешть, по воле князя появились деревянные укрепления, уже начавшие заменяться каменными.

Вот, пожалуй, и всё. Было и другое строительство, но не своё – государь Влад, подобно родителю, достраивал то, что начали другие.

«После моего отца осталось только прозвище. А что останется после меня? – думал сын. – Что будет, если Башня Заката разрушится, а город Букурешть, куда я перенёс столицу, захиреет? Может, ничего не останется. Может, нам с отцом суждено поделить дракулово прозвище поровну. Вот и вся память о нас двоих».

Государь Влад помнил, как рождалось прозвище. Это началось в те времена, когда отец, ещё не добыв себе румынского престола, устроил прямо в своём доме в Сигишоаре монетный двор и начали чеканить деньги с изображением дьявола. Или, может, всё началось чуть раньше, когда в доме стали появляться удивительные гости. Да, наверное, тогда.

Сначала приехал всего один человек. Вечный странник привёз его с собой из путешествия. «Чудной какой-то гость. Где так одеваются?» – подумал малолетний Влад.

Откуда ребёнку было знать, что именно так одеваются знатные румыны. Кафтан длиной до колен, пояс-кушак очень широкий, штаны просторные, так что в одну штанину могли бы уместиться сразу две ноги. Сапоги тоже необычные – из жёсткой кожи, которые нисколько не меняли форму, если их снять. Отец в ту пору одевался иначе. Он следовал обычаям, существовавшим при дворе короля Жигмонда. Обувь носил мягкую, штаны – узкие, а кафтан – короткий.