Пророк пошёл за кофе

– Уже пять лет как закрылась, – Мэт подошел поближе к огромному рыжебородому мужчине и стал оттирать засохшее пятно соуса рядом с сахарницей, – вы лучше сверните на ближайшем перекрестке налево и заправьтесь там, потом развернуться придется, но все лучше, чем застрять посреди леса с пустым баком.

– Буду знать, – пробасил бородач, вытер губы рукавом и бросил на пустую тарелку пару купюр.

Другие посетители в зале уже начинали нервничать, прошло минут десять, а Мэт-напарник все еще стоял у той странной женщины с платком и альбомом.

Только теперь она уже почему-то плакала, заламывала себе руки и пыталась ухватить Мэта-напарника за край передника.

– Вы ее знаете? Местная сумасшедшая? – поинтересовалась дама в темных очках, тоже явно неместная.

– Первый раз вижу, наверное, проездом, как и большинство здесь.

Часовая стрелка перевалила за два. А его рабочий день заканчивался в четыре тридцать. А это означало, что впереди его ждало еще два с половиной часа кофеварок, черничных пирогов (сегодня это был пирог дня), овощных супов и бутербродов с индейкой.

В зале что-то со звоном упало. Это стеклянный кофейник выпал из рук Мэта-напарника, когда женщина резко вскочила и попыталась его обнять. Но, кажется, никто не пострадал.

– Вы ненормальная! Я сейчас в полицию буду звонить! – Мэт-напарник с трудом вырвался из объятий и прошмыгнул в подсобку.

Женщина постояла еще пару секунд с застывшими в воздухе руками, растолкала свои вещи по карманам и выбежала за дверь.

Мелкое стекло собирать было хуже всего. Оно легко впивалось в кожу прозрачными занозами и доставалось оттуда с большим трудом. Но в этот раз вроде бы обошлось. Никто не поранился. Воду в ведре пришлось менять несколько раз, но пол теперь сиял.

– Поставь табличку, что скользко, чтобы не упал никто. – Мэт разогнул спину и вытер пот со лба. – Что она хотела вообще от тебя?

– Да тронутая какая-то, – Мэт-напарник водрузил на влажный участок желтый пластиковый знак, – давай рассказывать про свою молодость, что она родила в пятнадцать лет, не могла растить ребенка и отдала его на усыновление.

И что, мол, я и есть тот самый ее сын! Фотографиями какими-то мне тыкала. Смотри, говорит, ты и темноволосый, и голубоглазый, и лет тебе столько же, и звать тебя Мэт. Все, говорит, совпадает.