Клуша

Клава не глядя бросила лук в корзинку и поспешила отойти, пока и в самом деле не разозлилась по-настоящему. Ей казалось, что осуждающих взглядов стало больше. Олежка цеплялся за ее руку и хныкал, две девчонки возле отдела со сладким начали шептаться. Немолодая женщина поглядела на Клаву и зацокала языком.

Клава быстро расплатилась на кассе, сгребла ребенка в охапку и пулей выскочила из магазина. Очнулась она уже возле дома. Олежка проревел всю дорогу, едва успевая за матерью. Продукты из половины списку Клава не купила, а значит, ей придется выслушивать еще одну нотацию уже от собственной матери.

– Сама за продуктами схожу, – сердито сказала Мария Васильевна, проверив содержимое пакета. – Бесполезная, несобранная ты клуша.

Дверь с треском захлопнулась.

Олежка потянул Клаву за руку и снова захныкал. Он уже устал, хотел есть, Клава все это понимала, но все равно звонко ударила сына по щеке.

– Да замолчи ты!

Олежка покраснел от натуги, сопли свисали уже чуть не до подбородка. И вместо того, чтобы успокоиться, выпустив пар, Клава ударила его еще раз.

– Хватит, хватит, хватит, хватит реветь. Из-за тебя все, – сказала она и тоже расплакалась.

Глава 2

Утром следующего дня Клаву разбудила мама. Клава еле разлепила глаза, мама нависла над ней уже в бежевом плаще, застегнутом на все пуговицы, ярко подведенные карандашом губы крепко сжаты.

– Ты встанешь или нет? Я пошла, – убедившись, что дочь проснулась, Мария Васильевна добавила. – Закрой дверь!

Как бы не хотелось урвать еще пару минут под теплым одеялом, пришлось вставать. Ее мама категорически не желала закрывать дверь на ключ, если дочь находилась дома и могла закрыться на защелку.

– Покорми ребенка, – проворчала Мария Васильевна. – Уберись хоть немного, погуляйте. Меня до вечера не будет, сегодня учительское собрание, будь оно неладно.

Клава кивала, засыпая на ходу. Мария Васильевна вновь поджала губы и закрыла за собой дверь не прощаясь.

Олежка сидел здесь же за столиком и терпеливо ждал, когда его покормят. Стоило взглянуть на сына, как вина слезным комком подступила к горлу. Клава поплелась в ванную, сполоснуть лицо холодной водой. Олежка захныкал. Шевельнулось раздражение, даже умыться не дает, но тут же вновь стало стыдно.