Через белый коридор

Александра, знающая язык, произнесла тихо:

– Умираю!

– Езжай, старик! – кивнул боец и захлопнул дверцу старенькой машины.

И опять потянулся нескончаемый поток машин, автобусов и мотоциклов. Уставшие люди двигались в сторону границы подальше от войны, кто на чем мог. Девочка наблюдала из окна «Москвича» за беженцами в машинах, автобусах, телегах и мотоциклах с колясками. У очередного шлагбаума светловолосый мужчина в камуфляже крикнул, глядя через лобовое стекло на дедушку Алхазура:

– Вылезай быстро из своего драндулета!

Старик распахнул дверцу «Москвича» и, кивнув на культю вместо ноги, с достоинством ответил:

– Быстро не могу.

Военный смущенно махнул рукой:

– Прости, отец! – и подошел сам.

В Пятигорске остановились в большом кирпичном доме у родственников Алхазура. Сашка помылась, расчесалась и села за стол. Хозяйка хлопотала рядом, изредка поглядывая на русскую девочку.

– Угощайся, – женщина поставила перед ней тарелку с большими кусками мяса и добавила сердобольно, – что же они творят! Зачем простых людей убивают? Что мы им сделали плохого?

Пятнадцатилетняя беженка поняла, что она имеет в виду политиков.

Девочка не знала ответы на эти вопросы. Она только пожала плечами, а потом потянулась за вилкой. Женщина погладила ее по голове, и Саша впервые услышала, что ее назвали «сиротинкой». Она не стала возмущаться, но твердо решила после войны разыскать родителей. Александра все еще не верила, что они погибли. Она пожила в Пятигорске в гостеприимной кавказской семье несколько дней, ожидая автобус до Ставрополя. Дальше Саша двинулась одна, сменив три автобуса и ночуя на вокзалах. Спустя трое суток, голодная и уставшая, она уже звонила в дверь своей родственницы в небольшом городе на Волге.

– Тебе чего? – в проеме стояла родная сестра мамы тетя Тамара и смачно грызла красное яблоко.

– Здравствуйте, тетя Тома, я – Саша Волкова, – еле слышно произнесла девочка.

– Господи, Сашка? – тетка распахнула дверь, пропуская гостью.

 – А я думала попрошайка какая-то шляется по подъезду.

Она усадила племянницу на кухне и спросила:

– Откуда ты в таком виде? Почему Вера не позвонила? Что там у вас случилось?

Саша опустила голову и тихо ответила:

– В наш дом попал снаряд. Родители погибли.

Тетя Тамара вскрикнула и порывисто прижала девочку к себе:

– Беда-то какая, господи!

Несколько минут они стояли обнявшись.

– У меня кроме вас, никого нет, – прошептала девочка.