Блинопёк

Из колонок слышалось завывания волка и метели. И непонятно, что было страшнее. В зрительном зале, поглощенном тьмой, было так тихо, что казалось там никого нет. Пока Славик Дьяков делал подсъемку в вестибюле театра, Юля осторожно прошла за кулисы и чуть не упала, нечаянно наткнувшись на картонные декорации. В полумраке она увидела женщину в театральном костюме мачехи и тихо спросила:

– Вы не подскажите, где актриса Людмила Афанасьева?

– Это я, – услышала она шепот.

– Ой, – смутилась гостья, – а я – Юлия Симонова.

Я вам в пятницу звонила по поводу интервью.

– Очень приятно, – журналистка почувствовала теплое пожатие ладони, – пойдемте ко мне в гримерную.

– А спектакль? – растерянно кивнув на сцену, спросила гостья.

– Мой выход через полчаса, – успокоила её актриса.

Заслуженная актриса оказалась милой сорокалетней женщиной с бархатистым голосом. Она без жеманства и ложной скромности рассказала о себе, упомянув своих партнеров по спектаклям, с которыми ей пришлось работать в разные годы.

Юля с искренним интересом слушала Людмилу, поражаясь ее правильному русскому языку и грамотной речи. Когда закончилось интервью, и оператор, сложив штатив, сообщил, что пойдет «набивать» кадры со зрителями, актриса предложила выпить чаю.

– Вы знаете, я сама экспериментирую с этим напитком, добавляя разные травы и листья. Хотите попробовать?

Славик деликатно отказался и ушел, а Юля осталась, чтобы еще немного пообщаться с приятным собеседником. Афанасьева, в самом деле, была удивительным рассказчиком.

– А случались у вас курьезы на сцене? – спросила Юля, разворачивая обертку конфеты.

– Сколько угодно! – засмеялась Людмила. – Это же театр, он не может существовать без курьезов.

– Вспомните какой-нибудь случай, – попросила гостья.

– Пожалуй, – актриса задумалась, – расскажу про казус с актером, который уже здесь не служит.

– Он перешел в другой театр?

– Ну что вы! Дмитрию Ивановичу уже под восемьдесят! Он давно на заслуженном отдыхе, хотя играл до лет семидесяти.

Последние годы он плохо запоминал свой текст, поэтому ему давали небольшие роли в детских спектаклях.

– Как гуманно со стороны руководства, – заметила Симонова.

– Да, верно. Художественный руководитель нашего театра с большим уважением относится к старой гвардии, – Афанасьева улыбнулась, – так вот, Дмитрий Иванович играл собачку в детской сказке на протяжении нескольких лет. Как-то зимой он приболел, но все равно продолжал участвовать в постановке.