Проклятие махараджи

Лестер знал, в какой строгости воспитываются сёстры, поэтому вёл себя по-джентельменски, контролируя всякое плотское проявление любви.

В начале лета со стороны Индийского океана пришел муссон. Грозовые ливни, идущие не переставая, размыли дороги, и Вилфорд на неделю застрял в соседнем городке. По службе ему и раньше часто приходилось ездить в другие провинции, но это были короткие командировки, не более чем на пару дней. Он с тоской смотрел в окно, в котором, как в зеркале, отражалось лишь его измученное лицо с небритой щетиной.

Казалось, весь мир погрузился в нескончаемый сумеречный водоворот. Он беззастенчиво накрыл индийское побережье густым серо-фиолетовым шатром. Вилфорд задыхался от вынужденного безделья и невыносимой влажности. Он с изумлением наблюдал за местными, которые выходили из своих ветхих лачуг целыми семьями и опускались на колени прямо в липкую густую грязь, воздавая благодарения своим богам. Охристо-желтые вспышки молний освещали их исхудалые смуглые лица, натруженные жилистые руки и сутулые спины. Босые дети и взрослые топтались, приплясывая, на раскисшей скользкой земле, безумно радуясь ливню. Для них дождь означал урожай, а, значит, жизнь. А для молодого английского офицера жизнь на это время замерла. Он вдруг физически почувствовал, как ему не хватает Нилам, её голоса, взгляда, улыбки. У него пропал аппетит, стала мучить бессонница, сердце ныло, губы по ночам шептали одно-единственное имя. Он понял, что болен, и от этой болезни есть только одно лекарство – быть рядом с возлюбленной. Как только водная стихия немного затихла, он стал спешно собираться домой. Целых две недели Лестер не видел Нилам, и эти долгие однообразные дни ему показались вечностью. Несмотря на то, что товарищи по службе отговаривали его от этой поездки, он настойчиво двинулся в путь. Словно, чтобы поддержать его в дороге, выглянуло солнце, играя бликами на поверхности грязных луж. Воодушевленный хорошей погодой, Вилфорд упорно пришпоривал коня, из-под копыт которого разлетались во все стороны шмотки жидкой глины. Всадник скакал мимо желтых полей горчицы и зеленых рисовых делянок, на которых мелькали разноцветные сари черноволосых женщин. Они трудились, не разгибая спины. Лейтенант Лестер мчался без отдыха, прикидывая в уме, как вымоется и переоденется, чтобы в приличном виде сегодня же навестить дочерей махараджи.