Незнакомец из подсознания. Книга 2

Войдя, протянул жене две веточки мимозы – одну для неё, другую для тёщи, которой не оказалось дома.

Не скинув куртки, он приложился к выпуклости, ставшей заметной под фалдами широкого халата Аллы.

– Живот шевелится! – воскликнул Дима, отдёрнув руки, будто обжёгся.

Аллу позабавил испуг мужа.

– Эх, ты-ы-ы – темнота! Конечно, шевелится! Только не живот, а малыш внутри возится.

– Правда, что ли?! Дай-ка ещё потрогаю!

– Нет уж, сначала руки помой, тогда и поиграемся с маленьким.

Пока Дима жарил себе глазунью, Алла рассказывала, как малыш в животе подрастает, как она гладит его, разговаривает, поёт песенки.

– Димк, а что, если он вундеркиндом станет?!

– Ой-ёй! Напугала! С чего бы?

– Ну, он ещё на свет не появился, а я его уже развиваю.

– Всё-таки не зря в педе учишься.

– Да в институте какую-то фигню проталкивают. Надо будет самой нормальные методики поискать…

– Хорошо-хорошо, поищешь, а пока иди ко мне, мамочка будущего вундеркинда.

Они повалились на кровать, забыв о существовании кого бы то ни было.

Утром до отъезда Диме удалось проводить Аллу в институт.

– Я мечтала, чтобы так было всё время, пока я учусь, – разоткровенничалась она на ступеньках перед входом.

– Потерпи ещё немного – всё будет, – сказал Дима, чмокнул её в щёку и распахнул дверь.

Алла, печально улыбнувшись, прошмыгнула внутрь.

И всё же обещание, которое слышала уже не раз, вдохновило. Считая ступени, она энергично зашагала на третий этаж.

– Кто же в таком интересном положении так лихо по лестницам бегает?

Алла подняла глаза и застыла от неожиданности.

Навстречу спускался высоченный парень в серо-чёрном. Тот самый – единственный приятель Димы по студенческому лагерю, который сначала поразил её интеллектом и проницательностью, а потом – приступом эпилепсии.

– Павел?! Ничего себе!

– Обожаю такие случайные встречи много лет спустя! – воскликнул он и по-дружески коротко обнял Аллу. – Ты, я вижу, семьёй обзавелась. За Дмитрия вышла?

– Да, мы с ним расписались… А ты совсем не изменился.

«Соврала, сама не знаю зачем. Наверное, хотелось сказать что-нибудь приятное»,– подумала Алла, отметив, что Павел явно набрал в весе. Лицо округлилось, сравняв некогда впалые щёки со скулами. Прежними остались лишь великосветские манеры, спокойный, бархатный голос и пронзающий насквозь взгляд – устрашающий, но вместе с тем притягивающий.

– Не льсти, Алла. Знаю, что пора за себя браться.