Эволет. Тайна императорского рода

Все-таки мой муж очень хорошо сложен, и трудно остаться равнодушной при таком «домашнем стриптизе». – Если тебя никто не увидит, то ты можешь спать здесь.

– Ревнуешь? – спросил Алан, забираясь ко мне и сгребая меня в объятия. Его тело было сегодня особенно горячим, поэтому я невольно вздрогнула, ластясь к нему сильнее. По позвоночнику снизу вверх прокатилась волна жара от приятного ощущения.

– А ты нет? – поинтересовалась, выгибая спину из-за того, что Алан провел по ней ладонью.

– Ммм, мне кажется, тебе ночная одежда сегодня не пригодится.

Как думаешь?

Алан привстал на локте и склонился, целуя меня в губы. Я обняла его за шею, буквально подныривая под него. Поцелуй, начавшийся скорее как приветствие, очень быстро перерос в более глубокий, жаркий и мокрый. Алан не скупился на так любимые им укусы, не забывая при этом посасывать губы, облизывая их и сминать, как ему захочется.

– Я думаю, – выдохнула, снова изгибаясь в руках Алана, так как он второй свободной рукой принялся шарить у меня под ночной рубашкой, – что мне нравится твоя мысль.

Я шало улыбнулась и позволила Алану стянуть с меня ненужную сейчас одежду. Моя шея, ключицы, грудь и живот тут же были все покрыты поцелуями вперемешку с болезненными, но возбуждающими укусами.

Выпрямившись, Алан посмотрел на меня, а затем подхватил за ноги и развел их в стороны. Положив одну себе на плечо, он рукой провел между моих ног, заставляя меня сжать пальцами простыню и прикусить губу изнутри, чтобы сдержать слишком сильный стон.

– Влажная, – я повернулась. Перед глазами все прыгало и плыло от возбуждения. Хотелось, чтобы он скорее вошел. А от увиденного меня буквально тряхнуло.

Алан смотрел на меня каким-то слишком диким, нереальным взглядом. И пусть его глаза оставались серыми, но ощущался он сейчас почти так же, как и Абсолон. Он тяжело дышал, и мне казалось, что сдерживается, чтобы не оскалиться. Просто его губы как-то странно подрагивали. А еще позади него клубилась тьма.

И непонятно было, что тому причина. Я сразу вспомнила ту демонстрацию перед императором. Казалось, еще немного – и оттуда выйдет Абсолон, который медленно откроет алые глаза, усмехаясь черными губами.

Но Абсолона сегодня почему-то не было, лишь Алан, который, оставив одну мою ногу у себя на плече, склонился, целуя и одновременно с этим толкаясь в меня. Чувство наполненности вскружило голову. Не удержалась, застонала прямо в поцелуе, выгибаясь навстречу.