Босс для стажёрки

– Дорогая, – то самое слово, что сорвалось с уст отца после затянувшегося молчания. Слово, от которого я чуть не вздрогнула, потому что никогда в жизни не слышала от него ничего такого. – Я понимаю, как тебе было тяжело все эти годы. И мне… так стыдно, ты даже не представляешь. Ты даже не представляешь, сколько раз я винил себя по ночам за собственную слабость. Но потом я напивался снова, и всё вроде бы пропадало…

Тут я не вытерпела – убрала руку, резко отстранилась.

– Что ты такое говоришь? – мотая головой, спросила я.

 – Это я-то не представляю? Я не представляю, как ты себя винил? То есть, ты считаешь нормальным говорить мне такое, после всего? Хочешь, чтобы я пожалела тебя за то, что тебе было тяжело? Это я-то не представляю?! Не смей! Слышишь! Не смей говорить мне, что я чего-то не представляю!

Я ударила ладонью по столу, совсем позабыв о том, что дальней комнате спит Стася. Прикрыла лицо рукой, так как почувствовала, что по щекам текут слёзы, а затем и вовсе ушла.

Стоя перед комнатой сестры, я вытерла слёзы, коснулась дверной ручки и аккуратно приоткрыла дверцу, заглянув внутрь через образовавшуюся щёлку.

Пригляделась. Сестрёнка спала как сурок. Выдохнув, закрыла дверь, развернулась и чуть не завизжала от страха, увидев перед собой появившегося из ниоткуда папу.

Схватилась за сердце, пытаясь отдышаться.

– Ты меня сегодня в могилу решил загнать?

Папа замотал головой. Раскаивающийся взгляд заставил смягчиться.

– Я… я… хотел сказать…

– Что? Снова хочешь сказать, что я чего-то не представляю? – шепотом пыталась давить я.

– Нет… Хотел сказать… Извини.

Он глядел в пол, но перед последним словом взглянул прямо в глаза. В последний момент я заметила, как глаза папы стали мокрыми. После этого я уже не могла смотреть ему в лицо, потому что каким-то необъяснимым образом оказалась зажата в его крепких объятьях. Сначала было неуютно. Потом было странно. А уже несколько секунд спустя я расплакалась сама, сильнее прижимаясь к его груди…

Утро добрым не бывает.

Хоть я и выспалась за двоих, но после всего, что произошло вчера вечером, вставать не хотелось от слова «совсем».

Пересилив себя, всё же поднялась, быстро умылась в ванной и отправилась на кухню.

Завтрак готовила молча. Молчал и отец. Изредка я отвечала на вопросы сестрёнки, но не более. Между взрослыми явно образовалось какое-то напряжение.

– Ну так что ты решила со стажировкой?

Вопрос отца стал для меня неожиданностью. Пришлось выкручиваться.