Морегрина: Бежать. Потерять. Погибнуть. Возродиться

Под музыку я засыпаю и просыпаюсь, печалюсь и радуюсь. Как сейчас!

Так, где мой телефон? Мне срочно нужна музыка.

Включаю так громко, как только могут петь колонки битого-перебитого старенького смартфона. Мои личные музыкант и танцовщик получают разрешение на свободный полёт.

Ноги подпрыгивают и кружатся по старенькому паркету. Вся пыль, когда-то осевшая на мебели, балдахинах и коврах в этой комнате, вьётся вместе со мной в радостном вихре предвкушения знакомства с Матерью Городов.

Танцую самый мистический танец, что может быть: танец бесстрашия и нетерпеливого ожидания.

Эти танцы танцуют только оптимисты, сумасшедшие и те, кто смог дотерпеть до утра вечеринки. Я сейчас – и первые, и вторые, и третьи. Я сейчас все они: не в себе, немного опьянённая от радости случившегося и в надежде на счастливые новые встречи. Я уже не Марина. Я танцующая сумасшедшая Морегрина. Именно она смогла вырвать меня из бесцветного прошлого. И она теперь всё больше и больше – я.

Примеряю платья и выбираю. Это долгожданное свидание с Матерью Городов, я должна встретить судьбу в самом красивом наряде.

Бубны шамана звучат в моей голове всё громче.

Хотя нет!

Это стучат не бубны. Это стучат в дверь.

Выключаю музыку.

«Странно, кто это может быть?» – думаю я, а сама уже шлёпаю по коридору. Какой же он странный. Пробираюсь сквозь старую мебель, сквозь зеркала, сквозь лежащие повсюду связанные стопки книг и распахиваю дверь квартиры.

В нос бьёт запах старого бабушкиного сундучка. В уши лезет визгливый незнакомый громкий голос.

В глаза – невероятные краски.

– Нет, это просто возмутительно!

Корпулентная женщина, в ярком шёлковом пеньюаре с павлинами и в накрученном вокруг головы большом сиреневом тюрбане стоит на пороге. На руках у неё примостился пушистый чёрный кот. Яркая незнакомка, пытаясь пробуравить меня огромными глазами в роговых очках, не жалеет своих голосовых связок. Она распаляется на весь подъезд. Чувствую, как соседи припали к своим дверным глазкам и приложили уши к дверным щелям.

Судя по взгляду и навострённым ушам кота, тот полностью согласен с возмущениями, изрыгаемыми на меня его хозяйкой.

– Что-то случилось? – задаю я робко вопрос, при этом смотря не в глаза новой знакомой, а в жёлтые зрачки её кота. Кот моргает, выворачивается и, словно осознавая недоброе, не отпуская моего взгляда, лениво сползает с любящих рук и мягко приземляется на подъездный плиточный пол.

– Вы ещё спрашиваете!? Это возмутительно. Я живу этажом ниже.