Морегрина: Бежать. Потерять. Погибнуть. Возродиться

Я понимаю, что бедолагу прогоняют дубинкой, и, чувствуя на щеках горячие слезы, внутренне прошу, чтобы пёс убегал.

Тишина! Открываю глаза.

Громила-страж замер, а над побитым псом склоняется брюнет в джинсах и сером пиджаке. Незнакомый мужчина бережно берет пса на руки и несет в наспех припаркованную сияющую иномарку.

Сосредотачиваю всё своё внимание на этой сцене. Что же дальше? Сердце вот-вот вырвется из груди, и я побегу вслед за ними.

Незнакомец словно слышит, как я трогаю рукой стекло и тихо произношу: «Пёсель, пусть тебе повезёт».

Он резко поворачивается, делает несколько шагов назад, что-то требуя от охранника.

Звон дверного колокольчика оглашает, что пристыженный блюститель порядка вернулся. С опущенными плечами и поникшим взглядом, он занимает своё место внутри бутика. Я же не отрываю глаз от мужчины с собакой:

«Ты точно добрый человек, иначе быть не может», – теплю я надежду. Но там, где есть ангелы, всегда появляются и демоны.

Из-за руля выскакивает другой, коренастый пижон в черном пиджаке.

Размашисто жестикулируя, он что-то торопливо говорит первому и перегораживает ему путь к задней двери авто.

На моё счастье, высокий брюнет непреклонен. Он настойчиво отодвигает собеседника плечом, аккуратно погружая побитого пса на заднее сиденье машины. Ногой закрывает дверь и бросает в лицо своему попутчику что-то резкое. Блондин в бархате хватается за голову, показывает на часы, корчится и ещё активней жестикулирует.

Вся сцена так красноречива, что я почти слышу, что они говорят.

Ещё пара минут, оба незнакомца садятся в машину и, сорвавшись с места, увозят хвостатого бродягу в неведомые мне дали Матери Городов.

«Прощай, Пёсель. Пусть у тебя будет счастливая судьба. Надеюсь, ты в отличие от меня, не станешь заложником золотой клетки. Уверена, не станешь! Ведь тебя спас добрый человек – другой так бы не поступил!»

Глава 17. Слава

Игорь ведет машину агрессивно.

Он лихач по жизни.

Уже пару раз превысил скорость и чуть не сбил голубей, объезжая пробки через дворы.

– Рули аккуратней, – отвечая на рабочие письма с телефона, краем глаза слежу за дорогой, и, когда из-под колес пулей выпрыскивается фонтаном серая голубиная стая, бросаю на друга строгий взгляд.

– Ой, Славян, некогда аккуратничать. Уже опаздываем по полной, – Игорь раздраженно цокает: – Одними ободранными голубями больше, одними меньше.