Не бойся темноты

Дорога кажется бесконечной, ночь – слишком холодной, салон автомобиля – слишком прокуренным. Я едва удерживаюсь от того, чтобы не испортить сиденья содержимым желудка. Наконец водитель произносит долгожданное: «Приехали».

Дом пропах валерьянкой.

Надин негромко разговаривает в другой комнате по телефону с Ольгой Витальевной. Потом падает тяжело на диван рядом. Протягивает два белых кругляша и воду в высоком стакане, тонкими длинными пальцами заботливо заправляет мелкие завитки волос мне за уши.

– Тебе надо поспать.

Прекрати реветь. Завтра или послезавтра утром придёт оперуполномоченный или как там его, не разбираюсь в званиях. В общем, он будет вести дело и позвонит, как появятся детали.

Белые горькие кругляши царапают горло и проваливаются.

– Детали? Какие детали? Детали человека?

– Да, замолчи! Прости, нервы… Мишь, прекрати панику и ложись спать! Всё будет хорошо.

– Да. – Как же я забыла? Всё будет хорошо.

И я лечу в никуда вслед за белыми горькими кругляшами.

Глава 5. Потомок древних креодонтов

Белые кругляши хорошо знают своё дело.

Внутри и снаружи меня наступает безмолвие.

Судороги не бьют тело. Сил больше нет. Видимо, тело включило режим энергосбережения. Руки совсем ослабли.

Тело-вата. Оно лежит и вставать не просится. Как будто у него закончились все дела в этой жизни.

Два страха стягивают меня, как два широченных обруча бочку с капустой. Страх, что не услышу никогда твоим голосом: «Спокойной ночи, Мышь». Страх, что никогда не перестану бояться ночи.

«Бочка с капустой». Странное сравнение, да? Но это первое, что вспомнила. Много похожего. Холодно. Темно. Страшно, и кисловатый привкус во рту, и обручи. Они стянули всё тело. И да, ещё горло.

Весь день звонит Надин. Та, от которой никуда не деться. На седьмой раз провожу медленно и неуверенно пальцем по зелёной трубке вправо.

– Ал-л-ло-о.

– Наконец-то. Ну как так можно? Мишь, прошу, телефон только не выключай и бери трубку! – громкий звонкий командный голос, словно рупор, разрывает уши.

Набираю воздух в лёгкие, чтобы ответить.

– Да-а-а-а, хорошо-о-о-о!

Не узнаю свой голос. Он стал слабым, как у младенца. Сворачиваю разговор и нажимаю на отключение. Не хочу слышать ничьи «привет», «пока», «как так можно». Ничьи. Но вдруг позвонят из полиции. А вдруг позвонишь ты. А я «не абонент»

Вдруг!

Включаю телефон и ставлю на максимальный звук, чтобы схватить трубку, даже если усну.

И падаю. И засыпаю. Без слёз. Без сил. Без снов.