Мифы о боли. Слабонервным не читать!

– Осторожно! Горячий ещё! Да ты дуй сильнее! Вот так!

Я изо всех сил подула на початок, обжигающий мне ладони, забыв про испуг и слёзы. Бабушка всё утро варила кукурузу в огромном чугунке, и аппетитный запах распространялся по всему двору, вызывая обильное слюноотделение. Так что моей радости не было предела.

– Ты ешь, да смотри со двора не уходи.

Я кивнула в ответ и сразу со счастливым выражением лица вгрызлась в упругие жёлтые зёрна.

Теперь же початок был давно уже обгрызен и выброшен в мусорную яму, вырытую на дальнем конце двора, куры заперты в курятнике, кот загнан на яблоню.

А бабушка всё не шла.

Становилось скучно. Солнечный жар и духота ощущались всё сильнее, хоть двор и находился в тени деревьев. Да к тому же после солёной кукурузы сильно захотелось пить.

Я подняла с земли тонкую веточку и села на нижнюю ступеньку крыльца. Подпёрла щёку ладонью и задумчиво начала выводить кончиком прутика замысловатые узоры в пыли, чтобы скоротать время. Постепенно жажда стала нестерпимой.

Но входить в дом было страшно. А вдруг та злая тётенька снова накинется на меня? Нет уж! Лучше где-нибудь сама поищу воду!

Решительно отбросив прутик, встала со ступеньки и направилась в сторону калитки. Вся деревня прекрасно знала, что колодец находится рядом с нашим домом. И нет ничего проще, чем столкнуть вниз ведро, которое всегда стоит на каменном бортике и привязано цепью к деревянному вороту. Потом, как это делает бабушка, нужно сбоку покрутить железную ручку, чтобы цепь снова намоталась на круглую толстую деревяшку, и из колодца поднимется полное ведро холодной, вкусной воды.

Так что там точно можно напиться.

Прислушалась к голосам в доме – похоже, бабушка выйдет ещё не скоро – и побежала к калитке.

Железный запор поддался не сразу, зато потом дверь со скрипом отворилась настежь и, гулко ударившись о внешнюю сторону высоченного деревянного забора, замерла.

Я вышла на улицу и на мгновение остолбенела от восторга и яркого света.

Так много всего! Прямо передо мной в обе стороны простиралась грунтовая дорога, за ней раскинулось огромное поле. А ещё дальше виднелась насыпь железной дороги и пригородный поезд, весело бегущий по рельсам. За дорогой – берёзовая роща. Бабушка говорила, что туда никто не ходит после того, как в войну там расстреляли двоих молоденьких солдат. И теперь их души воют ветром между деревьев и бродят по ночам привидениями. Я вздрогнула от накатившего страха.